Рокировка: Рокировка. Дворянин поневоле - Эльхан Аскеров Страница 303

— Князь, еще несколько вопросов. Пожалуйста! – раздались вопли на всю улицу. – Никто не станет ничего перевирать. Мы сами за этим проследим.

Сделав вид, что задумался, Сашка остановился и, удрученно покачав головой, вернулся на место.

— Хорошо. Мне очень хочется верить, что здесь собрались порядочные люди. Профессионалы своего дела, – вздохнул он и, сунув руки в карманы пальто, спросил: – Кто следующий?

— Вы можете рассказать о нападении на императорскую семью? – спросила женщина-репортер, очевидно придя в себя после полученной отповеди.

— Тут нечего больше рассказывать, – пожал парень плечами. – Всю информацию об этом варварском акте вам уже озвучили.

— А может, вам запретили об этом говорить? – раздался ехидный вопрос откуда-то из толпы.

— А смысл? – равнодушно поинтересовался парень.

— Смысл в том, чтобы скрыть истинных виновников нападения, – не унимался неизвестный.

— А зачем? – удивился Сашка. – Чтобы избавить их от суда, а потом снова получить заговор? Вам не кажется, что это глупость? К тому же перестрелка была весьма оживленной, и выжило нападавших не так много. Впрочем, это уже не важно. Главное, что семья его императорского величества жива и здорова. Как и он сам, слава богу.

— Вы продолжите изобретать оружие? – снова встала на свои рельсы женщина.

— Сударыня. Есть такая замечательная фраза. Страна, которая не желает кормить свою армию, очень скоро станет кормить чужую, – наставительно ответил парень. – И мой долг, как человека, принадлежащего к одной из самых известный фамилий государства, сделать все, чтобы наши солдаты имели возможность побеждать, если кому-то вдумается навязать нам войну. Не я придумал этот мир, и не мне отменять его законы. Но то, что зависит от меня, я делал и делать буду.

— Значит, вы считаете себя патриотом России? – влез в разговор еще один репортер.

— Сударь. Много лет подряд я был сиротой, не имевшим ничего, кроме собственного имени. Думаю, история эта вам хорошо известна. И только здесь, в России, я обрел семью и дом. А значит, я сделаю все, чтобы сохранить все это. Увы, к службе в армии я больше не годен. Но это не значит, что могу забыть обо всем и просто почивать на лаврах. За свой дом я буду драться. С кем угодно.

* * *

— Значит, говоришь, политикой тебе заниматься не нравится? – иронично хмыкнул Алексей Михайлович, бросая на стол свежую газету. – Тогда как вот это называется?

«Пресс-конференция это называется», – подумал Сашка и, пожав плечами, ответил:

— Так языком молоть – не мешки ворочать. Плечи не болят. Главное, не врать в мелочах. Тогда чему угодно поверят.

— Ну, Саша… – князь расхохотался громко, до слез. – Ну, уморил. Как есть уморил. Это ж надо удумать?! Собрал целую толпу щелкоперов и повел их за собой, как дудочник крыс. И ведь как складно все получилось? Где только научился?

— Так яблочко от вишенки не далеко падает, – усмехнулся в ответ Сашка.

— Да ну тебя, – отмахнулся князь, снова рассмеявшись. – Вон, почитай сам.

— Так, – с усмешкой протянул парень, плюхаясь в кресло и разворачивая первую попавшуюся газету. – Ох мать твою! – охнул он, разглядев заголовок. – Солдат, не верящий в любовь! Это ж надо такое ляпнуть, – фыркнул он и, припомнив фразу из популярного фильма своего прошлого, в голос расхохотался. – «Донна Роза, я старый солдат и не знаю слов любви…» – ржал он, словно застоявшийся жеребец. – Ой, не могу… – выронив газету, парень корчился от смеха, едва не выпадая из кресла.