Последняя роза Дивеллона - Вера Платонова Страница 31

Я зажмурила глаза и сжалась в комок, в ожидании смерти.

Вот оно, как быстро все кончилось.

Но занесенный меч остановился в трех волосках от моей головы.

– Еще раз удержишь мою руку и лишишься своей! – багровея взревел Айволин на Ворона, который посмел удержать его от нанесения смертельного удара.

А Борх тем временем встал между нами, оттесняя меня за свою спину.

– Ворон удержал тебя от большого греха, – объяснилкоролю Килиан примиряюще. – Принцесса под защитой предков. С ней говорил камень, что на распутье у начала Тиульбы стоит.

– Кто научил? – спросил у него король, сдвинув брови.

– Сама догадалась, – солгал Борх, – подглядела, как мы здороваемся со святыней. И повторила.

А Ворон добавил ворчливо:

– Мы с Туманом даже попрощаться не смогли, как полагается. Лежит под кустом в лесу, снегом наспех присыпанный. Наверное, волки уже сожрали. Да разве ж ради того, чтоб ты ее прибил, он теперь будет после смерти вечно маяться неупокоенный?

Айволин вложил меч в ножны и, сжав кулаки, вышел из моей комнаты, напоследок выкрикнув:

– И лекаря ей уже сыщите!

– Не надо мне лекаря, только не лекаря, – вспомнила я этого неприятного и бесполезного человека. – И выйдите все уже отсюда, я прошу.

Айну вывели, как я услышала краем уха распоряжение Борха – ее решили запереть в одной из комнат, до распоряжений Дегориана. Затем вышли все, кроме Тары, которая со вздохами молча наводила порядок в моей опочивальне, перестилала постель и мыла пол. Иногда она хотела что-то мне сказать, но не решалась и качала головой.

Я же встала напротив зеркала и взвыла. Треть моих волос по левой стороне была словно изгрызена огромным жуком-стригуном, некоторые пряди заканчивались аж на уровне плеч. Хороша невеста! Хотя, после такого, надо полагать бракосочетание если уж не отменится, то точно перенесется.

Никогда я не видела свою голову в столь плачевном состоянии и в порыве отчаяния выдвинула ящик стола, отыскала там большие ножницы и сравняла все одним срезом по плечи под возгласы ужаса Тары.

– Да замолчи ты, – заругалась я на нее. – Самой тошно.

Стало еще хуже. Моя красота, моя гордость, мой признак избранной наследницы Долины, все это покинуло меня из-за короля и его сумасшедшей любовницы. Лучше бы Ворон не останавливал руку Дегориана!

Ну и пусть! Буду уродиной! Так ему и надо.

Я накапала себе адемоновой настойки, вытерла кровь с шеи, оделась и выбежала из комнаты.

– Куда? – всплеснула руками Тара.

– Прогуляться! – и не оглядываясь на нее, вышла.

Я испытывала до сих пор острую нехватку воздуха и отправилась туда, где можно было его получить, не спускаясь во двор, – на широкую открытую террасу, выйти на которую можно было одним из боковых коридоров, который плавно поднимался вверх. Если Тара так боится, чтосо мной вновь что-то приключится, пусть ходит за мной по пятам.

На пустой дощатой террасе не было ни души, и лишь холодный ветер завывал, свистел и трепал выбившиеся из-под капюшона жалкие сиреневые прядки. Я оперлась о деревянные перила и посмотрела заснеженное поле, что было за пределами

Твердыни. Там же шла основная дорога, еще дальше виднелась пара домишек селян.

Серое небо давило.

– Наверное, будет много снега сегодня!

Я обернулась на знакомый голос.

– Вряд ли его величество будет в восторге от того, что мы здесь беседуем вдвоем! – сказала я Этольду, нарушившему мое одиночество, и сильнее надвинула капюшон, чувствуя себя некрасивой и уязвимой.