Изгнанная жена. А попаданки-таки живучие! - Анна Кривенко Страница 31

Да, лучшее средство от плохого настроения — это делать что-то своими руками.

Целый час я потратила на то, чтобы связать одну деталь — спинку.

Ну вот, навык со мной. Никуда не делся, родимый!

Вернув вязание в корзину, я схватила ключи и рванула на третий этаж. Решила под настроение попробовать открыть ещё одну из запертых дверей.

Меня ждало большое разочарование.

Ни один из ключей не подошёл.

И только последний из имеющихся наконец-то повернулся в замке крайней двери.

Когда я вошла туда, то ахнула.

Здесь лежали книги. Много-много книг. А ещё бумаги, папки, даже чернильницы с пером. Странно. Получается, родители Анастасии Семёновны предвидели упадок поместья и всё перенесли в эти комнаты, тщательно заперев двери? Или же это сделал кто-то после них? В любом случае было приятно оказаться посреди этого храма знаний. Однако книгами не приготовишь обед, ими не укроешься холодной ночью. Разве что в печь годятся, хотя это прямо святотатство какое-то…

Настроение тут же ухудшилось.

Как открыть остальные двери? Их осталось ещё три. Только взламывать. Но у меня на это не хватит сил. Просить Валентина? Нет, пока не могу.

Ладно, подожду. Вряд ли за этими дверями меня ждут золото и бриллианты. Скорее всего, просто предметы обихода. Схватив первую попавшуюся книжку — потрёпанную, с кожаным переплётом, — я вышла, заперла дверь и спустилась вниз. Дети отдыхали в комнате. Я разрешила им часок поспать — они очень устали за последние дни. Зайдя к ним, я укрыла их ещё одним одеялом, посмотрела на их спокойные лица и вышла. И вдруг что-то потянуло меня к окну.

Я выглянула во двор, пробежалась глазами по утоптанному снегу и… замерла. Там, чуть поодаль, с левой стороны заднего двора, я заметила небольшое строение. Что-то напоминающее летний душ. Строение было ветхим, покосившимся. Между досками виднелись щели в палец шириной. Сквозь них вылетал пар, а из-под двери вытекала вода. И вдруг дверь приоткрылась. Оттуда высунулась крепкая мужская рука, схватила стоявшее рядом ведро — и снова скрылась за дверью.

Валентин купается!

О Боже, по такой холодине! Но в этом он весь.

Я бы просто отмахнулась и пошла дальше, если бы не заметила Ульяну. Она осторожно кралась к душу. Я даже видела её лицо — преисполненное возбуждённого любопытства. Честно говоря, мне захотелось схватить её за космы и отлупить. Что за похотливая бабёнка?! Не сдержавшись, я рванула вниз, выскочила во двор и бросилась вперёд. Ульяна была так увлечена своим подсматриванием, что не заметила моего приближения. Я подбежала ближе и схватила её за косу.

Рывок. Она вскрикнула и резко обернулась. На её лице отразился ужас.

— Ты что здесь делаешь? — прошипела я одними губами. — Разве так можно?! А ну, быстро отсюда!

Служанка дико покраснела, вырвалась из моих рук и помчалась в поместье. Я же облегчённо перевела дух и повернулась, тут же ошеломленно замерев.

Валентин вышел из душа.

Он стоял прямо передо мной в одном полотенце на бёдрах. И смотрел на меня недоверчиво.

О Боже! Он что, думает, что я за ним подглядывала?!

Замотала головой.

— Не подумайте ничего плохого, — заторопилась я объяснить. — На самом деле я не подсматривала…

О Боже, как фальшиво и неправдоподобно звучит это оправдание!

Валентин хмыкнул. От него исходил пар. По гладким мышцам груди стекали капли воды.