Сердце стаи - Мариана Запата Страница 31

— Привет?

Ничего.

Он посмотрел на Сиенну, которая пожала плечами, потом высунулся из окна снова и опять заставил устройство пискнуть.

— Привет? Это Мэтти. Я раньше жил здесь…

Ничего.

В зеркале заднего вида отразилось то, как он нахмурился.

Он сделал что нужно, чтобы переговорное устройство пискнуло в третий раз. Его усы над верхней губой вытянулись в ровную полоску.

— Это все еще Мэтти. Мой кузен – Генри Блэкрок. Я нашел троих ваших детей, они со мной… О, теперь ворота открываются, – пробормотал он голосом, в котором сквозило раздражение.

Данкан на моих коленях нагнулся вбок, чтобы выглянуть в окно. Я уже разговаривала с ним о том, что он должен быть осторожен рядом с ними. Мне не хотелось пугать его или вести себя строго, но это было необходимое зло. Я слегка опустила окно. Его блестящий нос задвигался, вбирая в себя воздух, который отчего-то ощущался еще более волшебным, чем прежде. Маленькое сердечко Данкана под моей рукой забилось быстрее, так что я погладила пса по груди. Он чувствовал то же самое, что и я, когда вышла из пикапа? Казалось, никто больше не реагировал на это, но…

Ворота медленно открылись, и Мэтти поехал вперед, позволяя мне внимательно осмотреть черное железо. Часть меня ожидала увидеть очертания волка на них или что-нибудь не менее запоминающееся, но единственным украшением на железе была половина луны на каждой из створок, которые складывались в целую, когда ворота закрывались. Полная луна.

Нос Данкана все двигался, двигался, двигался.

Я посмотрела на детей и обнаружила, что Шайло нервничал, заламывая свои маленькие ручки.

— Ты в порядке? – спросила я.

Огромные карие глаза моргнули самым неубедительным образом.

— Что вы вообще задумали, удрав из дома? – поинтересовался Мэтти с переднего сиденья.

Наивные глаза чуть не вылезли из орбит, когда мальчик издал самый нервный смех, какой я когда-либо слышала.

— Мы не удирали из дома! Мы пошли искать…

— Тсс! – зашипел мальчик-оборотень и приложил указательный палец к губам.

Шайло сжал зубы, а потом почти угрюмо добавил:

— Кое-что.

Это прозвучало очень убедительно.

Сиенна как можно сильнее развернулась на своем сиденье.

— Вы все родились на ранчо?

— Нет, – ответил мальчик-оборотень в тот же момент, когда Шайло сказал:

— Я да, Агнес нет. Ее мама…

Белый волчонок на полу залаял.

Сатир замолчал.

Я быстро начала понимать, что он, может, и был милым, но секреты хранить не умел, даже если бы от этого зависела его жизнь. Кажется, я уже любила его.

Тут Паскаль наклонился вперед, и, будь он крупнее и не пристегнут ремнем безопасности, его голова высунулась бы между сидений.

— Ты правда кузен Генри?

Лицо Мэтти в зеркале заднего вида просияло.

— Он мой старший двоюродный брат… – Он помолчал. – Я его единственный кузен.

Я не была уверена, что Мэтти вообще знал детали их родства, но не собиралась упоминать об этом. Раз его это никогда не волновало, то почему это должно волновать меня? Я почти ничего не знала о его семье по линии отца, и в этом нет ничего плохого. Будь у него желание рассказть, он бы уже сделал это.

— Тот, который мочился в постель?

У меня отвисла челюсть, и я тоже наклонилась вперед, просунув голову над головой Паскаля, чтобы взглянуть на профиль Мэтти. Он сосредоточился на дороге и больше не улыбался.