Идеальный мир для кузнеца - Олег Сапфир,Натан Раух Страница 31

Это были ЛЮДИ. Настоящие вояки. Один поднял на меня голову, когда прилетели копья, – и хоть далеко, мы все равно встретились взглядом. Такие глаза я видел у своих, в горячей точке. Там сразу ясно: жизнь или смерть. Маски слетают, наружу лезет вся гниль и вся сталь. Одно хреново – нормального железа под рукой не нашлось. Только это говенное гоблинское древко…

Ладно, пора сваливать.

Зеленые не дауны, смекнут, что железки с неба просто так не падают.

Эх, была б возможность перековать это дерьмо…

Вот же я дебил!

Хлопаю себя по лбу.

Перековать! В таком замке по-любому должна быть кузня! И как мне раньше в голову не пришло? Надо ее найти.

Как быть с шумом и дымом – решим по ходу пьесы. Главная цель – кузня. Это задача номер один. А там прорвемся.

Внутри закипает какая-то злая, лютая радость.

Место кузнеца у горна.

И если ради этого придется передушить сотню зеленокожих ублюдков, я им глотки голыми руками порву.

Глава 6

Раз уж было у меня несколько обломков копья да пара дерьмовых кинжалов, снятых с зеленых уродцев, то почему бы и не потренироваться. Без тренировок о хорошем броске на расстоянии пока и думать нечего.

Баланса у этих кинжалов, конечно, никакого. А чтобы приноровиться, надо хоть пару бросков сделать. Не в гоблинов же их сразу метать – эти, заразы, и увернуться могут.

Поэтому я решил сколотить себе небольшой щит. Метать в голую каменную стену – все равно что кидать дерьмо на вентилятор: занятие интересное, но толку ноль. Побродил по комнатам, из остатков досок сладил что-то вроде щита. Прибить к стене не вышло, пришлось поставить на пол. Собрал свои железки, отошел на пять шагов.

Первый бросок.

Бросал с расчетом: нож делает пол-оборота и входит лезвием в противника. Ну или в цель. Делал все, как учил Арнольдович – мой первый тренер по рукопашке, еще школьный.

Отвел ногу назад, постановка прямо артистичная, упор на правую. Корпус чуть развернул. Клинок зажал в пальцах, лезвием от себя, чтоб самому руку не вскрыть. И, размахнувшись из-за плеча, послал его вперед.

Дзинь!

Нож ударился об доску плашмя и отлетел куда-то в сторону.

Ах ты собака! Так и знал, что с первого раза не выйдет.

Хотя себя я не оправдываю – опыта в этом деле у меня вагон, в армейке еще подтянул.

Был и нюанс – нож больно легкий.

И, скорее всего, бросать его нужно метров с пятнадцати и не на пол-оборота, а на полтора.

Подошел к щиту.

Отмерил пятнадцать размашистых шагов – они у меня примерно по метру, – снова встал.

В исходное положение. Правая нога отведена. Нож зажат в руке.

«Бла-бла-бла, – тут и проснулся внутренний голос. – Ну что, Дэнчик? Получается? Это тебе не магазинные ножи, отбалансированные, за пару тысяч. Тут, парень, сноровка нужна».

«Да заткнись ты со своей сноровкой. А то я без тебя не знаю. В детстве, помню, гвозди втыкал. Точнее, все подряд, от гвоздя до топора».

Отвел руку, взмах – нож вылетел, сделал два оборота и благополучно ткнулся в доску рукояткой. Звякнул, отлетел в другую сторону.

«Ну, меткости тебе не занимать, – снова подколол внутренний Денис. – В щит метр на метр пока попадаешь – и то плюс».

«Вот же, – выругался я. – Чтоб тебя. Совсем навыки растерял».

«Растерял, растерял, – вторил внутренний голос. – Это тебе не в общаге ножницы в шкаф втыкать».