Изгнанная жена. А попаданки-таки живучие! - Анна Кривенко Страница 33

Я рассмеялась.

— Ну, до живого ему далеко, но думаю, тебе очень пойдёт.

Он поспешно снял старый свитер (который уже пора было постирать) и надел новый. Просиял.

— Спасибо, мама! — кинулся ко мне, обнял.

Сердце защемило.

В этот момент я поняла, что нащупала нужную дорожку, нашла нужную стезю, по которой стоило бы пойти.

Вот только… Навязать-то я могу много всего — и для Оли, и для Алёши, и для себя… Даже для Ульяны не против.

Но вот как на этом заработать?

Мне нужно место, где я могла бы предложить вязаные вещи на продажу.

Эта мысль вертелась у меня в голове во время завтрака и после него, пока вдруг в кухню осторожно и немного смущённо не вошёл Валентин.

Он был одет в полушубок, правда, без шапки, как будто куда-то собрался.

— Можно вас на минутку? — попросил он.

Я удивлённо вышла за ним в коридор.

Он выглядел напряжённым. Я тоже напряглась, не зная, чего ожидать.

Но мужчина просто произнес:

— Мне нужно в город. Он здесь неподалёку, версты три…

Я молча ждала продолжения.

— Знаю, что вы не любите, когда я предлагаю помощь… но я всё же предложу.

— Угу…

— Не хотите ли съездить со мной? Присмотреться? Вряд ли вы там бывали, насколько я знаю.

— Насколько вы знаете? — уточнила я осторожно. — А вы следили за моей жизнью?

Он неопределённо пожал плечами.

— Может, и следил какое-то время, — загадочно ответил Валентин, — но следил так, чтобы вы не узнали об этом.

Эта новость крайне озадачила меня. Что бы это значило? Он всё ещё не мог забыть обиду, нанесённую Анастасией Семёновной?

Я задумалась над его предложением. Всё внутри меня бунтовало и противилось.

— Я не могу бросить детей надолго, — произнесла категорично. — Пожалуй, откажусь.

— А мы и не будем долго, — парировал Валентин. — На коне доберёмся уже за час. Справимся до обеда.

— На коне? У вас есть конь? — удивилась я.

— Да, есть.

— И мы на нём вдвоём поедем?

Я представила, как буду прижиматься к Валентину сзади, и испугалась. Какое-то уж очень сомнительное предложение…

Однако… я же только сегодня думала о том, где бы сбывать вязаные вещи, если это вообще возможно. А ведь это шанс.

Шанс узнать дорогу в город, посмотреть, что там есть.

Но могу ли я Валентину доверять?

Впрочем с тех пор, как я узнала, что он — сводный брат Анастасии Семёновны, подумала, что вряд ли его стоит бояться. Этих двоих что-то связывало.

И, возможно, довольно крепко.

Я решилась. Знала, что тысячу раз пожалею, но ради детей и нашего будущего была готова стерпеть всё.

Ворвалась на кухню, строго-настрого приказала Ульяне следить за детьми и не выходить из поместья.

Оделась. Сообщила, что мы с Валентином вернёмся к обеду.

Ульяна, услышав, что я собираюсь в дорогу не одна, недовольно зыркнула на меня.

Ах ты ж ревнивица!

Алёша нахмурился, а Олечка захлопала в ладоши и, закричав, попросила привезти ей леденец.

Я пообещала.

Схватила с собой деньги. Надела тонкое пальтишко — единственное, что было у Анастасии Семёновны с собой. Повязала платок.

Выгляжу в этих тряпках, конечно, ужасно…

Но, наверное, по нынешним меркам — вполне обычно.

* * *

О, ужас! Валентин посадил меня на своего коня впереди, а не сзади, как я думала, и теперь я прижималась к его груди. Чувствовала себя или пленницей, или героиней исторического романа.

Конь бежал резво, Валентин управлял им с завидной лёгкостью. Мы молчали, но я всеми силами старалась сидеть ровно, чтобы меньше соприкасаться с широкой мужской грудью. В конце концов, устала, а Валентин вдруг схватил меня под грудью и надавил на себя.