Как ко мне сватался Ветер - Даха Тараторина Страница 33

Он приподнял мою руку за кончики пальцев, едва касаясь, и позволил провернуться под своей. Ветер поиграл лентами платья, и на мгновение снова почудилось – сейчас взлечу! А Хмель, не допуская неприличных объятий, танцевал со мной, двигаясь к краю поляны. Наверное, ему тоже хотелось скрыться от навязчивых девиц, жаждущих уединиться с ним под облачным навесом.

Я улыбнулась, не в силах скрыть гордость. Пусть мы ныряли в перину тумана не ради общества друг друга, но все же Хмель был красив. Лицо его прятала маска, но стати не спрячешь: с гордо выпрямленной спиной, но расслабленно опущенными плечами, со смуглыми предплечьями, увитыми, как плющом, нитями жил, с длинной шеей и тонкими пальцами, с босыми ступнями, он был хорош. На диво хорош! И он кружился со мной на зависть всем вокруг.

Он склонил голову в ироничной благодарности за танец, и темные волосы, чуть длиннее, чем обычно носят мужчины, упали на лицо, скрывая насмешливый взгляд. Я тоже ответила ему поклоном, куда менее выверенным, чем его собственный, конечно. А потом Хмель по-доброму рассмеялся и толкнул меня в туман.

Музыка стала тише, точно мы были не в шаге от лужайки, а намного дальше. Шепот других парочек вился над травой, но увидеть ни одну из них было нельзя. И к лучшему: вряд ли они занимались чем-то, что уместно для посторонних глаз.

— Спасибо, – от души поблагодарила я своего рыцаря. – Напиток раззадорил гостей. Не каждый способен понять слово «нет».

Хмель небрежно пожал плечами, усаживаясь на землю:

— Напиток пригубили все, но не каждый позволил себе лишнего.

Подумав, я опустилась рядом. А куда еще деваться? Бродить в тумане до рассвета, рискуя наткнуться на одну из парочек?

— В маске всякий чувствует себя свободнее, – неожиданно вступилась я за Лягуха.

Все же он не желал мне зла. Это я пришла на праздник, к нравам которого оказалась не готова.

Подтянув одну ногу и обняв колено, Хмель покачал головой:

— Зеленая ночь не надевает маски. Она снимает их.

Он повернулся и наклонился ко мне, а я, отпрянув, неловко упала на локти. Хмель не стал насмехаться, лишь улыбнулся краем рта.

— Кто ты? – спросил он. – Я тебя знаю?

Я села и бессильно развела руками:

— Не думаю.

— Сними маску.

— Нет.

Он не потянулся, чтобы самому сорвать жасминовые листья. Лишь спокойно кивнул: Зеленой ночью всякий имеет право скрыть лицо, сама магия праздника тому помогает.

Ладонь незаметно переползла по траве, и его длинные пальцы накрыли мои. Я хотела отдернуть руку, но не нашла в себе сил. Быть может, касание случайно? В тумане мы друг друга-то с трудом можем разглядеть!

— Ты знакома мне. – Он прикрыл глаза, надеясь ухватить какую-то мысль, но, не сумев, растерянно улыбнулся. – Не помню. Зеленая ночь не дает нарушить свои правила… Все останутся в масках. Но я хочу запомнить тебя.

Он убрал мои волосы за уши, провел ладонями по плечам сверху вниз. И подался вперед, легко, едва ощутимо касаясь губами губ. Я вскочила, обиженно закричав:

— Ты обещал, что не тронешь!

— Соврал, – как ни в чем не бывало ответил Хмель, не делая попыток вернуть меня. – Неужели осудишь за такую малость?

Поразмыслив, я не стала злиться. Все же танцор не обидел меня, а легкомысленными поцелуями обменивались все на поляне. Меня трижды за ночь успели чмокнуть в щеки и один раз в губы, но то была смешливая девчонка с зелеными волосами. Потому я осторожно опустилась на колени и расправила платье.