Сердце стаи - Мариана Запата Страница 338

Тот факт, что он ответил таким образом… не имел значения. Не имел значения, потому что он сказал «адская гончая», и моя челюсть отвисла. Часть меня не могла в это поверить, однако большая все-таки верила. Подобный вариант был в моем списке потенциальных существ, которым мог быть Данкан. Но о них не было достаточно информации, чтобы знать это наверняка, а этот мужчина только что сказал «без сомнения».

Данкан был адской гончей.

Судя по крупицам, рассыпанным в прочитанных мною историях, адские псы были легендарными созданиями, охранявшими подземный мир. Я могла поклясться, что в другом фольклоре читала и о том, что они, по слухам, якобы защищали женщин. Но единственное, что я точно запомнила и что встречалось почти во всех мифах об адских гончих, это то, что они были невероятными существами, которых сильно боялись.

Только вот в моем мальчике не было ни капельки ничего страшного.

Из всего, что он знал, наиболее близким к аду оказалось принятие ванны.

Я не могла поверить в это. Мой Пончик Данкан был адской гончей.

И эта адская гончая посмотрела на меня через плечо и подмигнула мне.

— Да, – сказал он мне.

Я уставилась на него.

— Ты знал, кто ты такой? – Мне хотелось думать, что я произнесла это спокойно, но вероятность этого, скорее всего, была нулевой. А еще я прозвучала так, будто вдохнула в себя целый шарик с гелием.

Эти возмутительно милые ресницы прикрыли рубиновые глаза Данкана, и его уши дрогнули.

— Люблю, – решил он ответить мне.

Я рассмеялась от восхищения.

— Это ни да, ни нет, Данкан.

Хвост, из-за которого мы вступили в новую фазу нашей жизни, завилял.

— Да.

Да!

Прежде чем я успела спросить еще что-нибудь или возрадоваться абсолютному чуду открытия, одновременно зазвонили три разных телефона. Эма, Франклин и Генри достали свои мобильные. То, что было на их экранах, заставило всех троих нахмуриться. Я знала, что все они, наряду с охраной ранчо, имели доступ к камерам у ворот и получали уведомление, когда кто-нибудь подходил к ним.

Франклин первым поднял голову, и его, как правило, скрытное лицо стало суперраздраженным, когда он посмотрел на лидера с Аляски.

Илья, который, по словам Генри, был огнедышащим, сложил руки на груди и приподнял темную бровь.

— Он у ворот? – поинтересовался он невозмутимо скучающим тоном.

Мой биологический дядя сердито поглядел на него.

— Вы привезли его с собой? – выпалил он таким не похожим на себя тоном, что даже Эма странно посмотрела на него.

Генри рядом со мной развернул ко мне свой телефон, чтобы я смогла взглянуть на него. На экране было видео с камеры, на котором мужчина лет пятидесяти частично вылез из окна автомобиля с водительской стороны и снова и снова жал на кнопку переговорного устройства. В нем не было ничего особенного: он выглядел как обычный человек в футболке, который вел себя несносно, со злостью нажимая на кнопку и словно не понимая, почему она не срабатывала.

— Это тот, о ком я думаю? – спросил Генри над моей головой.

Кто…

Нет.

Я резко посмотрела наверх.

— Его не приглашали, – поспешил объяснить Илья с презрительной усмешкой. – Он летел тем же рейсом и не говорил, куда направляется, как будто мы не могли сами догадаться о его плане.

Мой дядя выругался матом, что удивило меня, ведь я и не подозревала, что ему вообще были знакомы подобные слова.