Из бездны к звездам - Сэм Альфсен Страница 36

Неуверенный взгляд Нуски скользнул вверх и…

На дне двух сияющих сапфиров плескалось бездново пламя. Пара секунд – и эрд сжал запястье так, что Нуска еле сдержал вздох. Зрачки правителя сузились, окрашиваясь в алый…

«Что происходит?»

Впервые в жизни Нуска испытал страх, находясь рядом с эрдом. Видимо, именно это и чувствовали обычные смертные, когда сталкивались с всесильным темным риром.

— Син… отпустите… – пробормотал Нуска, вновь потупившись. Волна страха накрыла с головой – коленки тряслись, а в руках почувствовалась слабость. Еще секунда – и Нуска мог потерять равновесие, если не сознание.

Син тут же ослабил хватку. Сделав несколько тяжелых вздохов, он так спокойно, как только мог, спросил:

— Кто… заставил тебя выпить яд? И с какой целью? Назови мне имя.

Нуска вздрогнул. Неужели… и Минхэ почувствовал этот запах, а потому быстро ретировался? Вот же стыд…

«Самое смешное, что я не могу сказать правду. Если Энки завтра не проснется, то некому будет помочь мне с планом».

— Никто, Син… я сам выпил это.

— Я тебе не верю. Ты бы не стал. Ты не такой, – замотал головой Син. Его пальцы вновь коснулись руки Нуски, а когти проткнули кожу.

На этот раз лекарь очень быстро отдернул руку, но не от боли – он боялся, что Син заметит крупицы дэ в его крови.

— Эрд Син… я теперь человек, вы не могли бы сбавить обороты? – полушутя выдал Нуска, хотя все внутри него содрогалось от ужаса.

Только тогда Син пришел в себя и быстро отступил. На секунду в его глазах мелькнула жалость, даже что-то, напоминавшее сожаление. Вновь он сделал такое лицо – будто это его только что ударили, а не у Нуски рука истекала кровью. Как можно быть настолько ранимым, будучи правителем, воином и убийцей?

«Почему вы вечно оказываетесь жертвой? Почему не можете просто разозлиться и проигнорировать мое состояние? Почему с каждым разом вы… все больше боитесь причинить мне боль? Разве я…»

Нуска не сдержался. Вскинув голову, он, борясь со страхом, уставился эрду прямо в глаза и спросил:

— Разве я хрустальный?

К тому моменту Син с виноватым лицом отступил к окну и метался из одного угла в другой. Услышав вопрос, он остановился. Его волосы были собраны в низкий тугой хвост, лицо было бледным и уставшим. Голубые глаза, недавно горевшие так ярко, померкли. Он уточнил:

— Что ты имеешь в виду?

Нуске было очень страшно. Но так же страшно ему было пересекать моря, реки, есть мясо и пить ром. И со всем вышеперечисленным этот лекарь справился. Вот и на этот раз он не отступит. Нуска заставил себя сделать несколько широких шагов вперед и встать напротив эрда; задрав голову и ткнув пальцем в грудь Сина, он продолжил:

— Да, вы сильный. Но разве мы сейчас сражаемся? Да, вы сделали мне больно, будучи человеком, я вас испугался. Но и что с того? Что ужасного вы мне сделали? Вы специально причинили мне боль или напугали? За что вы испытываете вину?

На этот раз страх мелькнул в глазах эрда. Кажется, он и сам сильно испугался, когда Нуска стал читать его как открытую книгу.

— Я не смог взять под контроль свою дэ, поэтому она причинила тебе неудобства. В этом я виноват, – спокойно ответил Син.

Но Нуска отчаянно замотал головой и сделал еще два шага вперед. Сину было некуда отступить – он уперся спиной в стену. Смотря в глаза этого напуганного собственной силой ребенка, которого с самого рождения обвиняли лишь в том, кто он есть, Нуска чувствовал жгучую боль.