Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник - Андрей Посняков Страница 360

— Милая! – Андрей дернулся, и образ любимой тут же исчез, растаял бесследно, как тает в лучах июльского солнышка поднимающийся от реки густой утренний туман.

— Что с ней?! – молодой человек повернулся к бабке. – Что-то случилось… Я чувствую, знаю! Как мне вернуться, как?! Помогите, прошу!

— Не могу я тебе помочь, парень, – жалостливо скривившись, бабка уселась на стоявший рядом ларь с плоской деревянной крышкой. – Рада бы, да не могу… сил не хватит.

— А кто? Кто может? – повысил голос Громов. – Может, я сам?

— Может… – поднявшись, Анфиса Тимофеевна зорко глянула в зеркало и, вдруг попятившись, торопливо прикрыла глаза ладонью. – Вижу свет, свет! И жар, жар-пожар чувствую. Мертвый, страшный, неживой… Недалеко, здесь – болотами, лесами. Там, там – жар-пожар – злой, рыжий… Он тебя возьмет, выкинет… Так, так… Ох…

Вдруг пошатнувшись, старушка схватилась за сердце, и капитан-командор поспешно усадил ее на сундук:

— Может, капли какие принести, бабушка?

— Не надо капель, – чуть помолчав, обычным своим голосом произнесла Анфиса Тимофеевна. – То я на себя видение твое взяла. Что видела, то сказала – а уж ты дальше сам разбирай. Всё! Ничего больше тебе не поведаю.

— Что ж, и на том спасибо, бабушка.

Вежливо кивнув, молодой человек вместе с бабкой вернулся в горницу и попрощался с хозяевами.

— Что, Андреич, уходишь уже? Так давай… на ход ноги…

Николай протянул стакан с водкой, отказываться было неудобно, и Громов, выдохнув, залпом выпил, чувствуя, как обожгло нёбо. Закашлялся:

— Ух-х! Хороша, чертовка.

— На вон, запей кисельком… Карту-то возьмешь?

— Угу! – вспомнив, с поспешностью закивал капитан-командор. – Обязательно!

— Только вернуть опосля не забудь, ага!

— Не забуду. Девкам отдам – перерисуют, сразу и принесу.

Забрав карту и шуршащие кальки, Громов поблагодарил хозяев за угощение и, еще раз попрощавшись, ушел.

На улице уже стояли сумерки, резко похолодало, и в темно-синем небе морозно мерцали звезды. В голове Андрея шумело, ноги заплетались и путались мысли…

— А не надо…

Где-то рядом, у клуба, вскрикнула-всплакнула гармонь, и грустная мелодия унеслась в темноту с перебором. Чистые девичьи голоса запели какую-то вепсскую песню.

— Не надо…

Пошатнувшись, Громов едва не упал и поспешно ухватился рукой за рябину:

— Не надо было… водку с брагой мешать да-ак!

Повертевшись на стуле, капитан Ситников потер подбородок и, покосившись на висевший в простенке портрет В. И. Ленина, потянулся к сейфу Приоткрыв лязгнувшую дверцу, нащупал стоявшую там бутылку «Московской особой» за двадцать пять двадцать, там же, с сейфе, налил в голубенькую граненую стопочку, прислушался… намахнул и, прикрыв дверцу, довольно развалился на стуле.

Резко зазвонил телефон, зачем-то поправив галстук, капитан потянулся к трубке:

— Да, я… что уже? Молодцы, девушки! Минуточку… – Ситников вытащил из стаканчика карандаш и придвинул к себе листок бумаги. – Диктуйте! Ага… Улица Новгородская, дом… Прописка временная? Ага… отлично! Спасибо, девоньки!

Положив трубку, капитан довольно потер ладони и вновь потянулся к сейфу.

— Ну, гражданин барыга! Никуда тебе от советской милиции не деться! За это и выпить не грех… Ну а потом – командировочку оформить… Или – завтра? Нет! Лучше сегодня, затягивать-то не надо – мало ли что?