Кречет: Случайный шаг. Первый очаг. Нежданная кровь - Эльхан Аскеров Страница 363

— Скоро эти степи будут безжизненны, – коротко кивнув, добавил степняк.

— И где твой хозяин хочет спрятать свою дочь? – помолчав, задумчиво уточнил Елисей.

— Он приказал оставить её в одном из ваших станов. В том, который ты укажешь, – вздохнул кочевник, снова оглядываясь на кибитку с явным сомнением.

— Я?! – изумлению казака не было предела. – Мы с ним вроде как никогда особой дружбы не водили. Так с чего бы такая честь?

— Он сказал, твоё слово что булат. Ты сказал, и так будет. Не беспокойся. У неё есть чем заплатить. Нужно только место, где её никто не тронет, – быстро закончил воин.

«Не было мужику печали», – мысленно проворчал Беломир, настороженно глядя на казака.

— Мой дом далеко отсюда, – развёл Елисей руками. – Да и места в нём не так много.

— Я знаю. Я был в твоём стане, – вздохнул кочевник. – Скажи, где она может остаться, и мы уйдём.

— Моей власти в других станах нет, – мотнул казак чубом, всем своим видом выражая полную растерянность.

— Она дочь тысячника, Елисей. Ты это знаешь. Хозяин просит тебя о помощи. Ты должен ему, – негромко напомнил степняк. – Кровью должен.

— Я помню, – глухо отозвался казак, мрачнея ещё больше.

— Друже, а что нужно, чтобы её устроить? – не удержавшись, уточнил парень, подойдя чуть ближе.

— Дом, где её будут защищать, и его слово, – ответил степняк.

— Слово о чём? – повернулся к нему Беломир.

— О том, что чести её не будет урону, – вздохнул Елисей.

— Дурь какая-то, – тихо буркнул Беломир, мысленно проигрывая варианты. – Может, её на постой к вдове какой пристроить? Всяко бабы промеж себя быстрее уговорятся, – высказал он первую пришедшую на ум мысль. – К тому же ещё и в обычном дому жить научится. Глядишь, и пригодится.

— Она умеет, – понимающе усмехнулся воин. – Хозяин её в город несколько раз возил. Учиться.

— В город?! – изумленно переспросил Беломир, окончательно запутавшись в местных причинно-следственных связях.

— Мой хозяин мудрый воин. Он всегда говорил, что его дети должны знать и уметь больше, чем дети простых воинов. Радмила знает три языка и грамоте вашей разумеет. К тому же мать её из ваших была. Полонянка княжеской крови. Так что и язык, и грамоту вашу знает.

— К вдове, говоришь? – задумчиво повторил Елисей, окидывая парня непонятным взглядом.

— Ну не ко мне же, – развёл Беломир руками. – Это уж вовсе хрень какая-то получится. Да и о чести тут говорить не придётся. Девка одна с мужчиной в дому. Был бы ещё семейный, другой разговор, – на всякий случай добавил парень. – К тому же они за постой платить готовы. Всё бабе легче станет.

— Мы заплатим золотом, – решительно кивнул воин.

— И как долго будет этот поход? – нарушив молчание, поинтересовался Елисей.

— Пока баб не покорим, – пожал степняк плечами.

— А случись что с отцом её? Что тогда? – не унимался казак.

— Вот, – кивнув, ответил воин, доставая из перемётной сумы кожаный рулон. – Он написал тут, что тогда ты сам станешь решать, как ей жить дальше и за кого выходить замуж.

— Хренасе пельмень! – ахнул Беломир, на секунду забыв, где находится.

По сути, переданный казаку документ означал, что с той минуты, как он согласится, получит все родительские права на девчонку. Похоже, её папаша и вправду находился в безвыходном положении и решил довериться Елисею. Что уж там между ними произошло, сейчас не важно. Главное, что вся эта история крепко привязывала казака к их станице. Почесав в затылке, Елисей осторожно взял в руки рулон и, развернув, принялся читать.