Хрупкость - Кортни Ли Винн Страница 38

Джаспер поднимает голову.

Наверное, именно поэтому он кажется мне знакомым. Я помню, как он приходил платить налог. В жизни его волосы намного темнее, чем в моем воспоминании, а очертания лица изменились. Но это было двенадцать лет назад.

— Ты верен Маззару?

Джаспер замирает.

— Я должен вернуть ему долг.

— Долг?

Его лицо становится жестким.

— Он кое-что забрал у моей семьи.

Я хочу расспросить его, но выражение лица Джаспера подсказывает мне, что это не тема для обсуждений, да и мне, в общем-то, все равно.

Я снимаю маску Реда. Сначала на лице Джаспера появляется замешательство, но почти сразу он узнает меня и опускается на одно колено.

— Мой король, – произносит он.

Для человека, который не доверяет другим людям, я делаю это слишком часто.

Глава 11

Низзара

Дневник: страница 2

Мой брат может быть избранным наследником благодаря своему обаянию и владению смертоносным боевым искусством, но отец внушил мне одно. Даген – лицо Зарра, а я – его окровавленная коварная рука, помогающая ему удержаться на троне, потому что мы с отцом знаем, что Даген слишком похож на мать.

– Ло

Я с трудом доползаю до ванной комнаты, мысленно перебирая все известные мне названия ядов. Едва успев добраться до уборной, я падаю на колени, и меня тошнит. На лбу выступает холодный пот, но я пытаюсь сосредоточиться, несмотря на сильную боль в желудке и сердцебиение. Я мысленно составляю список самых вероятных ядов. На эту роль лучше других подходят маковый бородавочник и бузинный корень. Их легко найти, они действенны и универсальны, потому что при малейшем контакте с ними наступает смерть. Следующими в списке идут дьявольский колпак и жгучелистник, но они встречаются редко. Если это все же дьявольский колпак, то с чернилами должны были смешать огромное количество сока, чтобы они стали ядовитыми, поскольку наибольшее воздействие он оказывает при приеме внутрь. А жгучелистник растет исключительно в Баддадвоме. Меня продолжает рвать, руки и ноги дрожат и не слушаются, и я прихожу к выводу, что это точно был маковый бородавочник или бузинный корень. От них нет противоядия, но они обладают совершенно разными свойствами. Бузинный корень действует быстро: известно, что он способен убить за несколько минут. Маковый бородавочник же действует медленно, приводя к смерти от паралича. Сначала немеют и становятся неподвижными конечности, затем лицевые мышцы, а потом жизненно важные органы, такие как легкие и сердце. Я хочу приказать стражникам позвать Прейси, но между приступами судорог мне с трудом удается сделать вдох, и что бы это ни был за яд, она ничем не сможет мне помочь, поэтому я решаю не будить ее.

Через полчаса неукротимой рвоты я все еще могу двигать руками и ногами и, к своему огромному облегчению, исключаю из списка маковый бородавочник. Чутье подсказывает мне, что это бузинный корень, который исключительно смертоносен, но, судя по дате в дневнике, шестнадцатилетний процесс окисления должен был в достаточной мере притупить его свойства, чтобы не убить меня.

Меня тошнит несколько часов, хотя в желудке больше ничего не осталось. Наконец я ложусь на холодный каменный пол, постепенно приступы тошноты становятся все реже, и мне удается ненадолго заснуть. Только после полуночи у меня получается ползком преодолеть кажущееся огромным расстояние от ванной комнаты до постели, и я настолько обессилена, что не могу понять, почему меня окружает ледяная тьма. Возможно, это сказывается присутствие духа, который уже навещал меня сегодня, или же подсознание напоминает мне, насколько я одинока в этом замке. Отец лишь мельком взглянет на меня и назовет слабой. Мать и Тарелла, скорее всего, обрадуются, что меня отравили, а Лиха, будь она рядом, станет больше переживать по поводу моего болезненного вида.