Пустующий трон - Кен Лю Страница 380

Восьмерка других стражников-льуку, приставленная охранять пленных, отказалась. Предыдущими вечерами Тооф и Радия быстро отходили ко сну, утверждая, что еще не оправились от ожогов, оставшихся на спинах после обряда произведения их в таны. Остальные стражники так толком и не познакомились с новыми танами.

— Хватит… Я и так уже… перебрала, – заплетающимся языком произнесла одна стражница. Этой наро было уже за шестьдесят; она давно перевалила пик своих физических возможностей.

— Мы несколько лет не пробовали настоящего кьоффира льуку! – воскликнула Радия. – Не стесняйтесь: нам с Тоофом стыдно пить вдвоем. – Она взяла бурдюк и прошла по кругу, наполняя всем пиалы.

— Чего тревожитесь? – поинтересовался Тооф. – Думаете, наткнемся на повстанцев? Хотите отличиться в бою?

Пожилая наро фыркнула. Как и другие, она происходила из ближайшего к долине Кири племени, и пэкьу Кудьу в последний момент призвал ее на штурм тайного лагеря бунтовщиков. Теперь, когда битва закончилась, а пэкьу улетел в погоню за беглецами, ей поручили неблагодарную работу. Пэкьу, очевидно, был о ней невысокого мнения, и старая женщина этого стыдилась.

— Если драки не предвидится, то какой смысл напрягаться? – сказала Радия. – Я специально набрала в дорогу побольше кьоффира. Вот бы заодно и забористой тольусы покурить…

— Ну… ладно, давайте еще пиалу, – сдалась старая наро, решив, что тан права.

Не в ее возрасте заниматься самобичеванием. Лучше утопить печали в кьоффире. Она протянула пиалу.

Другие, не менее раскисшие стражники, последовали ее примеру.

— За здоровье нашего пэкьу! – провозгласил Тооф. – Пусть мы все станем танами-гаринафинами!

Воины грустно усмехнулись, услышав столь нелепый тост. Они осушили пиалы, надеясь, что хотя бы во сне им будет сопутствовать удача.

Тооф и Радия пили так жадно, что кьоффир стекал по шее. Вероятно, больше жидкости оказалось на их одежде, чем в желудках.

Чуть поодаль, за кольцом часовых, лежали связанные пленники, а еще дальше спали гаринафины: самка и самец. Первая была уже настолько стара, что не могла извергать огонь – потеряла клык, которым гаринафины выбивают искры для воспламенения. Второму же зверю, напротив, еще слишком юному, пока не хватало сил целый день проводить в воздухе. Ему требовался регулярный отдых. Этим двум животным, как и их спутникам-людям, не доверили участвовать в славной охоте на беглецов.

Танто тихо ругался, глядя на пьющих у костра льуку.

— Вот доберусь до них и сделаю из черепушки Тоофа ночной горшок…

— Тихо, – шепнула Сатаари. – Чем меньше болтаешь, тем лучше.

— Чего это ты такая спокойная? – возмутился мальчик. – Даже не злишься на них. Они ведь нас предали.

— Ну разозлюсь я, и чем это нам поможет? – Сатаари была так крепко связана, что смогла пошевелить лишь пальцами ног. – Лучше закрой глаза и отдыхай. Впереди еще долгий путь.

Танто вздохнул и зажмурился, думая о родителях. Мальчик уснул, молясь богам об их спасении.

Тооф и Радия опустились перед ним на колени. Еще чуть-чуть, и сладкая месть свершится.

Танто занес боевую палицу над дрожащими предателями, отождествляя себя с героями древних легенд. Он собирался стать таким же, как они, одолеть всех врагов на своем пути и утешить духов погибших в долине Кири друзей и родных…