Ректор для лучницы. Тень из Дома Ночи - Татьяна Булгава Страница 39

Дориан тогда не назвал имён убийц. Сказал только: «Его убили свои. Чтобы он не рассказал правду».

Лотар не знал, верить ли убийце. Но он знал, что должен докопаться до истины.

Утром он пришёл к Ксавьеру в кабинет.

— Ректор Дандар, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — У меня есть к вам вопрос.

— Слушаю, — Ксавьер отложил бумаги.

— Вы знали, что ваш брат Дориан обвинил моего отца в убийстве Эрика Дандара?

Ксавьер замер. Лисса, стоявшая у окна, напряглась.

— Знал, — ответил Ксавьер. — Он рассказал мне перед отъездом.

— И вы не сочли нужным сообщить об этом мне? Или Совету?

— Это были неподтверждённые обвинения, — спокойно сказал Ксавьер. — И Дориан уже ответил за свои преступления. Я не видел смысла ворошить прошлое.

— А я вижу, — Торнберг шагнул вперёд. — Мой отец не был убийцей. Его оклеветали, как и вашего отца. И я хочу знать правду.

— Правда в том, что все эти события связаны, — Ксавьер встал. — Ваш отец, мой отец, Грейвз, Арно — все они были пешками в чужой игре. Игра закончилась. Все участники либо мертвы, либо в ссылке. Зачем вам ворошить прошлое?

— Затем, что я хочу восстановить честь семьи! — Торнберг повысил голос. — Мои дети не должны жить с клеймом «сын убийцы».

— А мои дети? — Ксавьер посмотрел на Лиссу. — Они будут жить с клеймом «внуки предателя», хотя их дед был героем.

Повисла тишина.

— Мы оба жертвы одной лжи, — сказал Ксавьер. — Не враги.

Торнберг молчал. Потом опустился на стул, закрыл лицо руками.

— Я не знаю, кому верить, — прошептал он. — Дориану, который убил человека? Вам, который его защищает? Или документам, которые противоречат друг другу?

— Верьте фактам, — посоветовала Лисса. — А факты таковы: ваш отец действительно был близок к Фредерику Дандару. И действительно получил крупную сумму незадолго до смерти Эрика. Это подтверждается банковскими записями.

— Откуда вы знаете? — Торнберг поднял голову.

— Я начальник стражи. У меня есть доступ к архивам, — Лисса достала из папки копию старого документа. — Вот. Перевод на имя капитана Ирвина. Десять тысяч золотых. От анонимного отправителя. За две недели до убийства.

Торнберг взял бумагу, прочитал. Побледнел.

— Это… это мог быть подарок. Или наследство…

— Мог, — согласилась Лисса. — Но тогда почему ваш отец не задекларировал этот доход? Почему не сообщил командованию? Почему спрятал деньги в тайник, который нашли только после его смерти?

— Вы всё это время копали под моего отца? — Торнберг вскочил.

— Я копала правду, — Лисса выдержала его взгляд. — И я нашла её. Ваш отец был замешан в заговоре. Не он один. Но был.

— Этого не может быть, — Торнберг отступил к двери. — Вы лжёте. Вы все лжёте, чтобы защитить своего ректора!

Он выбежал из кабинета.

Лисса посмотрела на Ксавьера.

— Ты был слишком мягок, — сказала она.

— Он должен был узнать правду.

— Теперь он наш враг.

— Или союзник, — возразил Ксавьер. — Если он переварит эту правду и примет её.

Торнберг не вернулся в свою комнату. Он ушёл в город и пропал до вечера.

Ксавьер отправил стражников на поиски, но они вернулись ни с чем.

— Может, он уехал в Совет? — предположила Лисса.

— Может, — Ксавьер смотрел в окно. — Или решил покончить с собой.

— Ты думаешь?

— Он был на грани. Слишком много правды за один день.

Они ждали до полуночи. Торнберг не появлялся.