Кречет. Первый очаг - Эльхан Аскеров Страница 39

— А деньги? – осторожно напомнил Векша.

— Есть деньги, друже. К тому же на торгу ещё украшения мои продадим. Так что покоен будь. Найду, чем платить, – решительно заверил его Беломир.

— Добре. Твоё слово, – чуть подумав, кивнул кузнец. – А чего хоть делать-то станем?

— Станки, друже. Станки, в которых после можно будет всякое нужное делать.

— И много станков тебе надобно? – не унимался кузнец.

— Не меньше трёх. Разных. Один сверлить, второй железо всякое обтачивать, третий, чтобы ровно на железе прямоту выводить, – как ещё объяснить, что такое фрезерный станок, парень не знал. – Ну, и ещё один, чтобы клинки затачивать.

— А получится? – усомнился Векша.

— Получится. Из чего они состоят, я помню. А остальное от нас с тобой зависит. Сразу скажу, работы сложной много будет. Ещё ругать меня станешь, – с усмешкой пообещал парень.

— И не подумаю, – затряс Векша головой так, что чуть из телеги не вывалился.

— Уймись, дурной. Я ж в шутку, – рассмеялся Беломир, хватая его за плечо.

Их разговор оборвала какая-то суета, возникшая в голове каравана. Моментально подобравшись, Беломир подхватил свой арбалет и, не взводя его, поднялся в телеге во весь рост.

— Чего там? – заинтересовался Векша, ловко удерживая его одной рукой.

Для здоровенного кузнеца вес парня был чем-то не особо тяжёлым.

— Непонятно пока. Всадники какие-то, – настороженно проворчал Беломир.

— Опять поганые? – скривился Векша.

— Не похоже. Скорее, горцы.

— А этим-то чего надобно?

— Не знаю покуда. Схожу, гляну, – ответил парень, спрыгивая с телеги и подхватывая шашку, которую отстегнул от пояса, чтобы не мешалась в дороге. – Ты езжай, как едешь, а ежели чего, про щит не забывай. В общем, поглядывай тут, – скомандовал Беломир, переходя на бег.

Караван шёл ровным шагом, так что обогнать неспешно катившие телеги было не сложно. Оказавшись в голове выезда, парень перешёл на шаг и, осторожно присоединившись к вознице головной телеги, тихо спросил:

— Чего у вас тут?

— Да вон, горцы хлеба купить хотят, – хмыкнул возница, со скрежетом почесав в бороде.

— А наши чего?

— Бают, мол, на торгу и продадут.

— А эти?

— Ждать не хотят. Бают, хлеб нужен.

Найдя взглядом Родомила, что шёл старшиной охраны каравана, Беломир проскользнул поближе к его коню и, зайдя так, чтобы от кавалькады горцев его закрывал корпус коня, дёрнул казака за штанину.

— Ты чего тут? – удивился Родомил, опустив взгляд.

— Горцы хлеба купить хотят? – уточнил парень.

— Угу.

— Ну, так продайте, коль цену честную дают.

— Сперва на станы наши нападают, а после просят хлеба продать, – заворчал казак рассерженным псом.

— А на торгу кому ты тот хлеб продашь? Не им? – усмехнулся парень.

— На торгу всякие купцы бывают, – насупился Родомил, понимая, что Беломир прав.

— А те купцы из тех же горцев или татар будут. А то вообще из хазар. Так что ж теперь, и не торговать вовсе? И чем их серебро от другого какого отличие имеет?

— Вот не просто так тебя Гриша приметил, – подумав, проворчал казак. – И вой ловкий, и мыслишь, что та дума боярская.

— Как учили, так и мыслю, – отмахнулся парень. – Не за то думаешь, друже. Сколь им хлеба потребно?

— Бают, воз купить готовы.

— Продавай, коль в цене сойдётесь, – решительно кивнул Беломир.

— А тебе что с того? – снова включил казак режим особиста.