Три «танкиста»: Три «танкиста». На острие удара. Солдаты Третьей мировой - Михаил Михеев Страница 398

Чуть выше. Через пять часов

— Что скажешь?

Полтавец безразлично пожал плечами.

— Гадать тут нечего. У наших визави проблема с личным составом. Кадровых практически нет. Основная масса резервисты, причем только-только мобилизованные. Обучены они так себе, навыков ночного боя, скорее всего, нет. А у нас крепкие профессионалы, которые уже дали им прочувствовать, как пахнут советские портянки. Поэтому ночного боя японское командование опасается. И правильно делает, к слову – потери они могут понести запредельные, а целей добьются вряд ли. Куда проще продолжать утюжить десант артиллерией до полного отупения.

— Надеюсь, наши мальчишки справятся.

— Ну. они хотя бы попытаются, – усмехнулся полковник. – Хотя, ты знаешь, я в них почему-то верю.

— Смотрю, после того как ты слетал с одним из них в командировку, у тебя кардинально поменялись настроения.

— Потому что я понял: их поколение не хуже нашего. Просто другое.

Генерал пару секунд подумал, затем махнул рукой и налил кофе. Чуть подумал, плеснул в него толику коньяку. В таком сочетании результат действовал на него подобно не очень сильному допингу, позволяя сохранять бодрость и подавляя усталость. Полтавец, чуть подумав, повторил его манипуляции, сел напротив старого товарища и с неудовольствием отметил, что тот изрядно сдал за последнее время. Плечи опустились, лицо осунулось от постоянного недосыпа. А чему удивляться? Это когда реально большими начальниками становятся люди, они начинают думать иначе и намного проще, без лишних нервов, принимать ситуацию. Вышедшего из народа обратно не заманишь. А простым смертным… Ну, простым генералам приходится сутками пахать. До упора. До кровавых мозолей, еще и пропуская через себя все – и обиды от командования, и проблемы подчиненных. А ведь оба они уже не дети, возраст сказывается. Когда вся эта дурь закончится, надо заставить Кузнецова поехать на курорт, к ласковому солнцу и теплому морю. И, желательно, без семьи… Кто ж ездит в Тулу со своим самоваром?

И на диету его, на диету. А то от вечных перекусов на бегу и язву заработать недолго. Меньше есть, больше пить… Котлету в блендер сунуть, а потом ее через трубочку всасывать. Можно пополам с апельсином, для витамина С… И никаких пробежек по утрам! Достаточно посмотреть, какой лишний вес у людей, бегающих по парку утром, чтоб понять – от бега толстеют. Поэтому солнце, море, красивые женщины, молодое вино – и хоть на пару недель отключиться от забот.

Возможно, Кузнецова тоже посещали мысли о возможности подобной терапии, но он их держал при себе – положение обязывает. Сидел, молча пил свой кофе, с самым задумчивым видом рассматривал экран огромного телевизора на стене. Там как раз шли новости, и лощеный диктор вещал что-то, как всегда патриотично-бравурное. Девяносто процентов населения судит о происходящем как раз по таким роликам, не задумываясь о том, какими грязью и кровью обеспечиваются победы.

Впрочем, сейчас он вещал о делах, напрямую Россию не касающихся, а значит, имел все права на радостную улыбку. Хотя за новостями для понимающего человека изо всех щелей торчали уши чьей-то разведки. И почему-то казалось генералу, что очень даже известно, чьей. Зато люди несведущие делились четко на две группы: те, кто непонимающе пожимал плечами, и те, кто пребывал в охренении от происходящего. В России преобладали первые, в англоязычном мире – вторые.