Классический Эндшпиль - Владимир Сухинин Страница 4

Алеш пропустил его слова мимо ушей – он знал, что такое давление на допросе, и понял, что его пытаются сломить печальной участью девушки. Он ничем не мог ей помочь и поэтому решил не мучиться воображением, на которое его толкал карлик.

— Делай что хочешь, – ответил он. – Спрашивай, что хотел узнать.

— О, так ты не боишься за ее судьбу?

— А чего мне бояться, она уже была мертва и изнасилована, что изменится в ее жизни? – Голос его звучал безразлично, и стоящие перед ним люди поверили ему. Он это видел по их лицам. «А люди ли это?» – усомнился Алеш, разглядывая карлика и женщину. Что-то неуловимо неестественное было в них, что отличало от настоящих людей.

Вместо карлика заговорила женщина, и Алеш вспомнил ее имя – младшая сестра Исидоры, Генриетта. Такая же красивая, но в больших глазах девушки с ангельским лицом он увидел печать мерзости ее души.

«Такая ни перед чем не остановится», – подумал он.

— Ты неплохо держишься, красавчик. Расскажи нам, кто ты и где встретил мою сестру? – с явным интересом разглядывая Алеша, спросила Генриетта.

— Я Алеш Прокс, человек из другого мира, который оказался в ловушке, расставленной моим союзником. Он использовал колдовство, чтобы заточить меня в тюрьму в вашем мире. Там я встретил бестелесную душу вашей сестры, которая хотела отомстить за свою загубленную жизнь. В обмен на мою свободу я должен был поклясться Неназываемому, что исполню ее желание – отомстить ее врагам. Я дал клятву, и Неназываемый выпустил меня из темницы.

— Так ты видел самого Манувара? – воскликнула Генриетта, перебив его.

— Да, видел, – ответил Прокс.

— И как он?

— Он? Мужчина… Молодой, хорошо одетый… Примерно так.

— Он что-то предложил тебе?

— Нет, он сказал, что я должен вернуть к жизни эту девушку и дать ей плоть, – Алеш кивнул в сторону висящей на кресте Исидоры, которая находилась без сознания. – Он назвал ее Исидорой Неудачницей.

— Это верное сравнение, ей всегда не везло, – кивнула довольная его ответом Генриетта. – С подругами, с женихами и, конечно же, с сестрой. И как же ты дал ей плоть? – с любопытством спросила Генриетта.

— Меня распяли на полу ролинги и вырвали ребро, из него сотворили плоть этой, – он слегка повел головой в сторону Исидоры.

— И ты согласился? – рассмеялся карлик. – Вот дуралей…

— Сам ты дурак, – ответил Прокс, – посмотрел бы я на тебя… – Карлик возмущенно ударил Прокса ногой, но больше от обиды, чем от злости. Во время разговора Прокс не скрывал правды, внутри него активно работала нейросеть.

«Пространство блокировано негаторами неизвестной природы, – прозвучало в его голове, – применение магии и процессов метаморфоза невозможно. Применена система защиты носителя от физических воздействий. Нарушено кровообращение в важных частях тела, включается система регенерации. Рекомендации: перевод организма в короткий анабиоз для восстановления всех функций организма».

Алеш мысленно приказал нейросети повременить.

— У тебя в сумке, – продолжила Генриетта, – мы нашли свиток заключения и медальон проклятия. Зачем они тебе? Где ты их взял?

— Свиток был нужен, чтобы отправить тебя, госпожа Генриетта, в ту самую тюрьму и совершить месть. А медальон – чтобы у жениха Исидоры больше не кукарекал его петушок. – Он тихо рассмеялся.