В черной краске становишься черным. Том 1 - Юй Сы Страница 40

— Как же так, кто это сделал? Господин Се? – Он заглянул во вторую комнату, но и та была пуста.

Все заклинатели, гостившие в поместье Чан, исчезли.

* * *

Гу Вэньвэнь больше не могла есть. Она грустно посмотрела на стол, заставленный полупустыми блюдами, и откинулась на спинку стула, не в силах больше сидеть прямо.

— Учите-ель, – проскулила она, глядя на Мо Хэ, который пил лишь чай. – Помогите мне, иначе вся еда пропадет.

— Учитель практикует инедию уже много лет, – ответил ей Мо Хэ, наливая себе еще чая. – А жадный человек – что змея, пытающаяся проглотить слона[55].

— Вэньвэнь не жадная! – возмутилась девушка и выпрямилась, но снова без сил откинулась на спинку. – Просто Учитель позволяет мне так хорошо поесть только после успешного завершения дела… – пробормотала она обвиняюще, но Мо Хэ и бровью не повел.

— Тогда доедай, – спокойно отозвался он.

Они сидели в таверне «Золотой гусь», на втором этаже. Небольшие железные фонари покачивались на карнизах, столики были разделены деревянными ширмами, а где-то в глубине таверны из отдельной комнаты доносилась мелодия пипы[56]. За открытыми окнами текла темная река, наполняя таверну запахом рыбы и ила. Ни одного огонька не виднелось на той стороне реки; весь городок, казалось, сжался на этом берегу, и мрачная гладь уходила в пустоту, даря странное ощущение конечности мира. Мо Хэ смотрел на воду, думая о чем-то своем.

Гу Вэньвэнь, осознав, что Учитель совсем ее не слушает, замолкла и тоже уставилась на темные воды. Как странно, что старуху из поместья Чан утопили в пруду, когда рядом есть река. Может быть, местные не хотели осквернять ее воды? Впрочем, наверняка здесь скрыто не меньше трупов, чем в любом другом водоеме.

Мысли Гу Вэньвэнь прервала икота. Кажется, она и в самом деле съела слишком много: они просидели здесь уже пару шичэней, но Учитель все не торопил ее. Да и сама Гу Вэньвэнь не хотела покидать теплую, светлую таверну и опять пускаться в путь по осенней ночи. Она знала, что если слезно попросит, то Учитель возьмет им комнату на эту ночь в городе, но потом его парчовый мешочек снова прохудится, скупец очнется, и придется им спать под открытым небом, наслаждаясь звездами. Или дождями.

Она уже начала жалеть, что заказала так много блюд, и с тоской посмотрела на паровую рыбу, обсыпанную тонкими перьями лука, которая уже почти остыла, а Вэньвэнь ее так и не попробовала. Это было лучшее блюдо в «Золотом гусе», но сил у нее уже не хватило. Она начала прикидывать, можно ли завернуть что-то с собой и насколько ей не жалко вещей в своем мешочке-цянькунь, если жир замочит ее одежду.

Пока Гу Вэньвэнь мучилась этим вопросом, Мо Хэ расслабленно наблюдал за водой. Он раздумывал, куда они отправятся в следующий раз. Не так далеко отсюда располагалась древняя столица Сянъян, – может, им пойти туда? Вэньвэнь должно понравиться, а в крупных городах немало злых духов, от которых требуется избавиться…

— Вот вы где, – вдруг раздался голос, и чья-то рука выхватила у него пиалу с чаем. – Жажда замучила просто ужасно, пока вас искал.

Мо Хэ поднял глаза и с удивлением увидел Се Юньци, который с грохотом подтащил табурет и уселся рядом, хватая его нетронутые палочки.

— Так есть хочется, что я на грани обращения в голодного духа, – проговорил Се Юньци, переставляя к себе миску с рисом Мо Хэ и принимаясь набирать закуски. – А рыба-то остыла уже, пусть подогреют, эй, сюда!