Фейридейл - Вероника Ланцет Страница 405

— У н-нас будет р-ребенок, – шепчу я, обвивая руками шею Амона и прижимаясь губами к его коже, пытаясь впитать его тепло. – Н-наш р-ребенок.

— Конечно, будет, моя Села.

— З-займись со мной л-любовью, – прошу я. – С-сегодня та самая н-ночь. Я з-знаю.

— Села… Ты только взгляни на себя! Ты все еще дрожишь в моих объятиях, но хочешь, чтобы я занялся с тобой любовью? Ты даже ходить сама не можешь, девочка.

— М-могу. Пожалуйста, Амон, – умоляю его.

И чтобы доказать ему, заставляю себя дойти до нашей спальни, когда мы выходим из ванной.

— Я немного устала, – говорю я, стараясь не заикаться. – Но это тот самый момент. – Перевожу взгляд на своего мужа, умоляя его исполнить мое единственное желание.

— Ладно, – стонет он. – Но ты не должна сильно напрягаться, хорошо?

Я киваю.

Все еще обнаженная, вытягиваюсь на кровати и маню его к себе, одаривая ослепительной улыбкой, которой хочу выразить всю свою любовь к нему – любовь, из которой сегодня ночью родится новая жизнь.

Не могу сказать, откуда мне это известно. Но я абсолютно уверена, что это случится.

— Села, девочка моя. Я слишком сильно люблю тебя, чтобы в чем-то отказывать, – бормочет мой Амон. Он покрывает поцелуями каждый сантиметр моего тела, медленно пробуждая во мне желание, пока я не буду готова принять для него. И только тогда он проникает в меня, благоговейно сжимая в объятиях, пока мы медленно становимся единым целым.

Это томное занятие любовью имеет мало общего с физическим удовольствием. Наши сердца бьются в унисон, а меня переполняет осознание того, что мой мужчина рядом со мной, внутри меня. Что он поддерживает меня, даже когда мне кажется, что я рассыплюсь на миллион осколков, если пошевелю хоть пальцем.

— Я люблю тебя, Амон, – шепчу я, запуская пальцы в его мягкие волосы.

Он опирается на предплечья, чтобы не придавить меня всем своим весом, и я прилагаю неимоверное усилие, чтобы податься вперед и захватить его губы в нежном поцелуе, который вскоре сменяется сладостной болью. Я содрогаюсь вокруг него в волнах экстаза, и в тот же миг в моем теле что-то окончательно ломается.

Агония мгновенно охватывает меня, и она настолько сильная, что я едва не плачу.

Но сдерживаю слезы, поскольку меньше всего на свете хочу волновать Амона.

Закончив, он ложится рядом и обнимает меня, нашептывая на ухо слова любви. Собрав остатки сил, я переворачиваюсь на бок, чтобы он мог прижаться к моей спине – и чтобы спрятать от него слезы, которые текут по щекам.

Я сделала этот выбор. Я решила заплатить эту цену. И дойду до конца.

К сожалению, мне не становится лучше. С каждым днем я чувствую себя все хуже и хуже – настолько, что не могу даже встать с постели, чтобы справить нужду.

Амон, мой милый, ненаглядный Амон, помогает мне абсолютно во всем, ухаживает за мной так, словно я совсем немощная.

Однако мое состояние не улучшается, и я начинаю всерьез беспокоиться. На четвертый день понимаю: что-то идет в корне не так.

Амон отправился купить мне еды, которую я давно хотела.

Поэтому, пользуясь одиночеством, я пытаюсь выбраться из постели – хотя бы для того, чтобы доказать себе, что способна на это.

Но стоит мне попытаться свесить ноги с кровати, как я падаю вперед и ударяюсь о пол. Боль растекается по всему телу, а по воздуху разносится отчетливый треск.