Ветеринарка-попаданка. Невольная хозяйка приюта для драконов - Диана Фурсова Страница 41

Рейнар повернулся к Валерии. На секунду — всего на секунду — в его глазах мелькнул вопрос, который он не мог задать вслух.

Валерия ответила взглядом:если ты сейчас отступишь — приют утонет.

Рейнар медленно вдохнул. Потом сказал громко, так, чтобы услышали все — и толпа за воротами, и магистрат, и стены приюта:

— Это моя жена.

Шёпот ударил по двору, как крылья.

— По закону, — продолжил Рейнар, не давая им переварить, — она находится под моей защитой и под моим именем. И пока я жив, никто не тронет её без моего разрешения.

Тис побледнел на полтона.

— Вы готовы связать своё имя с… — он кивнул на бумаги, — с “умершей” женщиной?

— Я готов связать своё имя с тем, что работает, — холодно сказал Рейнар. — А ты, Тис, готов связать своё имя с тем, что убивает?

Тис посмотрел на Кварца, на перевязки, на спокойное дыхание — и не нашёл ответа, который выглядел бы красиво.

Он резко развернулся к архивисту.

— Зафиксируйте: генерал препятствует действиям магистрата.

— Зафиксируйте, — спокойно сказал Рейнар. — И зафиксируйте другое: магистрат пришёл закрывать приют, пока здесь идёт лечение. И пытался помешать.

Тис стиснул зубы так, что на секунду его сладкая маска треснула.

— Это ещё не конец, — сказал он тихо Валерии. — Мы вернёмся к вашему “имени”. И к вашей “смерти”.

— А я вернусь к вашему яду, — так же тихо ответила Валерия. — И к вашим жалобам.

Тис дёрнулся, но улыбнулся — уже без тепла.

— Будем считать, что вы признались в подозрениях. Отлично.

Он махнул стражникам.

— Уходим. Пока.

Слова “пока” было хуже, чем “сейчас”.

Когда они вышли, воздух будто стал легче. Но Валерия не чувствовала облегчения. Только новый слой опасности.

Рейнар стоял у двери карантина, глядя в пустоту. Он не смотрел на Валерию. Иэто было страшнее любого крика.

— Спасибо, — сказала Валерия тихо, не подходя близко.

— Не благодари, — глухо ответил Рейnar. — Ты только что стала моей официальной слабостью.

— Я и так была вашей слабостью, — вырвалось у неё, и она тут же пожалела.

Рейnar медленно повернул голову.

— Ты понимаешь, что теперь он не отстанет?

— Я понимаю, — сказала Валерия. — Он уже не отставал.

Лис подошёл ближе, всё ещё дрожа после приступа Кварца.

— Леди… — прошептал он. — Фон снова… странный.

— Где? — Валерия тут же напряглась.

Лис показал на двор.

Кристалл маг-замерщика, которым тот мерил фон, был забыт — или “случайно” оставлен? — у порога карантина. Он лежал на камне и мерцал еле заметно, будто дышал.

— Это не их кристалл, — сказал Лис тихо. — Это… — он сглотнул. — Это не измеритель. Это… как маяк.

Валерия шагнула во двор.

И увидела.

У стены, там, где складская дверь была подлатана после ночи, на камне лежал маленький предмет — слишком аккуратный, слишком “случайный”, чтобы быть мусором. Чёрный, как обсидиан, с тонкой серебряной жилкой. На нём был вырезан знак — знакомый и чужой одновременно, как шрам на памяти.

— Не трогай, — резко сказал Рейnar за её спиной.

Поздно.

От предмета уже пошла волна — слабая, сладкая, пахнущая палёным сахаром. Воздух в дворе дрогнул. Где-то в карантине Фиалка взвизгнула, Бурый ударил хвостом по камню, Коготь глухо зарычал.

Лис побледнел до синевы.

— Это артефакт, — прошептал он. — Усилитель… он… он будит проклятие.

Рейnar шагнул вперёд, и на секунду его лицо стало тем самым — ночным, опасным.