Изгнанная с ребёнком. Попаданка, ты сможешь! - Анна Кривенко Страница 41

— Печалюсь я совсем о другом, Полина Сергеевна, — глухо произнёс он. — Вы плохо разбираетесь в людях.

Я опешила.

Но прежде, чем смогла уточнить, что он имел в виду, парень развернулся и быстро ушёл.

Я осталась одна, растерянно смотря ему вслед.

А затем услышала плач ребёнка.

Серёжка!

Рванула к своей комнате, оставляя позади тяжёлое чувство. Мне здесь не место. Может, действительно придется возвращаться в поместье, чтобы повоевать за сына? От этой мысли стало дурно, но я готова была на всё ради него на самом деле…

Глава 19 Поцелуй

Кухарка принесла ужин поздно, почти перед сном. Поставила на стол тарелку с горячей похлёбкой, ломоть свежего хлеба и кусочек запечённого мяса. Всё было просто, но вкусно и сытно.

— Господин Дмитрий ужинает отдельно, — сухо сообщила она.

Я подняла взгляд.

Женщина смотрела на меня так, будто я преступница, которую только что поймали с поличным, но вынуждены терпеть. Открытый гнев в её глазах сдерживало лишь нечто большее — возможно, её долг перед хозяином или же обычное приличие.

От её взгляда становилось неуютно, но я решила вести себя так, словно ничего не замечаю.

В это время Серёжка не спал. Я распеленала его и оставила на кровати, чтобы он мог вдоволь подвигать ручками и ножками.

Когда кухарка уже собиралась уходить, он вдруг громко и отчётливо агукнул.

Впервые!

Я замерла, сердце трепетно сжалось от восторга.

Женщина тоже остановилась на пороге. На её лице мелькнуло нечто… тёплое, человеческое. Её губы чуть приоткрылись, будто она хотела что-то сказать, но… тут же сжала их обратно в тонкую линию.

Почти сразу же на её лицо набежала тень. Развернувшись, она вышла и даже не потрудилась закрыть за собой дверь.

Наверное, в знак протеста.

☀️

Наутро я проснулась рано, полностью готовая отправиться на работу.

Перекусила булочками, оставшимися с ужина, запила горячим чаем, который приготовила сама, спустившись на кухню.

В назначенное время уже стояла в холле, держа Серёжу на руках.

Он спал. Его круглые щёчки радовали глаз.

Дмитрий спустился вниз через несколько минут.

Он был при полном параде.

На нём был тёмный сюртук, подчёркивающий его статную фигуру, безупречно сидящая рубашка с высокой стойкой и шейный платок, завязанный в аккуратный узел. Узкие брюки, начищенные до блеска сапоги — всё говорило о том, что он теперь не просто парень из деревни, а человек с положением.

Длинные светлые волосы были собраны в низкий хвост.

Он выглядел… впечатляюще.

Но появилось в нём что-то, чего в прошлом просто не было.

Его черты — правильные, даже слишком смазливые — стали резче, мужественнее.

Я вдруг подумала: как такой человек вообще мог родиться в деревне?

Настолько в нём было много… некоего благородного аристократизма.

И тут я догадалась, в чём дело: изменилось выражение его лица. Если раньше в нём было что-то мягкое, почти робкое, то теперь от этой мягкости не осталось и следа.

Дмитрий был… слишком серьёзен. Отстранён.

Этот холодный, отчуждённый взгляд мне не понравился.

Что я сделала не так?

* * *

Работа с самого утра закипела. Оказалось, что за выходные поступило так много жалоб и просьб, что времени на раскачку не было. Дмитрий сразу же погрузился в бумаги, а я следом за ним. Сортировала, раскладывала, даже отвечала на несколько писем. Это оказалось неожиданно увлекательно. Впрочем, я относилась к делу со всей серьезностью, выверяя каждое слово.