Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник - Андрей Посняков Страница 417

— О, господин…

— Андреас!!!

Выкрикнув, Бьянка закусила губу и все же не сдержала слез:

— Милый мой, милый… Я знала, знала…

— Ну-ну, не плачь, – обнимая жену, нежно утешал Громов. – Уж теперь-то все позади, теперь-то мы – вместе.

Сияющие небесной синью глаза туманились томною негой, небольшая грудь баронессы тяжело вздымалась, упругие соски щекотали Андрею кожу.

— Ах, милая…

Накрыв сосок губами, Громов погладил жену по спине, пробежал пальцами по позвоночнику, спустился чуть ниже…

Женщина застонала, закатила глаза… Тела супругов слились в том долгожданном, увлекающем к далеким пылающим звездам экстазе, о котором мечтал и на который надеялся каждый. И вот, наконец, этот момент наступил – Андрей и Бьянка встретились и теперь наслаждались друг другом, и слаще этого не было ничего.

И откуда только взялись силы у баронессы? После столь долгого пути холодными зимними лесами, после кровавого нападения разбойников.

— Сколько, говоришь, их было? – погладив жену по плечу, тихо спросил полковник.

Бьянка смешно наморщила лоб:

— Много.

— Хм…

— Много больше, чем обозных. Думаю, раза в два.

— Понятно, – Громов кивнул и чмокнул супругу в щеку – Как были вооружены, случайно, не разглядела?

— Почему? Очень даже разглядела, хоть и темновато было, – припоминая, баронесса задумчиво покрутила на пальце золотисто-каштановую прядь. – Луки со стрелами, фузеи, абордажные сабли… пистолеты даже!

— Пистолеты?! – удивился Громов. – Это у разбойников-то? Не слишком ли шикарно живут? Постой!!! Какие-какие сабли?

— Аборажные! Ну, такие широкие, с вызубринами.

— Точно абордажные?

Бьянка обиделась:

— Да что я, не знаю, что ли?! Абордажную саблю от обычной не отличу?

Юная баронесса на своем не столь уж длинном веку уже повидала столько, что хватило бы и на десять жизней, и в том, что касаемо оружия, ей можно было верить.

— Абордажные сабли, – задумчиво повторил полковник. – В тихвинских-то лесах… Ладно, запишем пока в загадки.

— Это воинские люди были, – еще раз покрутив локон, неожиданно заявила Бьянка. – Я вот только теперь поняла, что воинские.

Громов насторожился:

— С чего ты взяла?

— Слишком уж четко действовали. Без всякой суеты, быстро – сначала лучники в дело вступили, потом остальные. Не слишком-то похоже на обычных разбойников. Каждый свое дело делал, не суетясь, но и время попусту не растрачивая. Нам с Томом чудом повезло уйти – если бы не пистолеты да не «ежики».

— Что за ежики?

— Ну, колючки железные, что под копыта коней бросают.

— По-русски «чесноки» называются, – улыбнулся Андрей. – И кто же тебя надоумил ими запастись?

— Сама догадалась! – юная женщина фыркнула и сверкнула глазами. – Что я, дура, что ли? Не знаю, кто в лесах водится?

— Умница ты у меня, – Громов прижал супругу к груди, поцеловал, погладил. Потом негромко спросил: – Как там судно?

— «Скайларк»? – Бьянка поправила одеяло. – А что ему сделается? Вмерзло в лед и зимует. Как все. Впрочем, боцман команде спуску не дает, не думай – вахту несут, каждый день палубу драют, мне как-то юнга, Лесли, жаловался – мол, строг боцман-то.

— Это хорошо, что строг.

— Вот и я ему то же самое сказала. Вообще, он несчастный паренек, этот Лесли, – вздохнув, протянула баронесса. – Из сервентов, белых слуг, а по сути – рабов. В Англии много прохиндеев – бродяжек на дорогах ловят, потом в колонии продают. Выгодное дело. Вот и Леса так же поймали, продали… И не его одного.