Напарник ректор, или Характер скверный, неженат! - Татьяна Булгава Страница 42

— Ладно. Ещё раз. Медленно. Как к дракону.

Она сделала шаг. Листья молчали. Второй. Тишина. Третий — и под подошвой что-то тихо щёлкнуло, но звук был едва слышен.

— Уже лучше, — сказал Омэн. — Дракон пошевелился, но не проснулся.

— Прогресс, — выдохнула Гелла.

— Не останавливайся.

Она сделала ещё пять шагов. На шестом листья снова хрустнули, но уже не так громко. На десятом — почти бесшумно.

— Дракон спит, — тихо сказал Омэн. — Ты можешь взять его сокровище.

— Какое сокровище?

— Например, ампулу с его пояса.

Гелла посмотрела на свой пояс. Все ампулы были на месте. Она не поняла.

Омэн подошёл к ней. Бесшумно. Так бесшумно, что она заметила его только когда он оказался прямо за спиной.

— Твоя фиолетовая ампула, — сказал он. — Ты её не чувствуешь?

Гелла похолодела. Она сунула руку в специальный карман — свинцовый футляр был пуст.

— Что?.. Как?..

Омэн поднял руку. В его пальцах поблёскивала фиолетовая ампула.

— Я взял её, пока ты училась ходить, — сказал он. — Ты не почувствовала. Не услышала. Не увидела.

— Это… это невозможно! — Гелла схватилась за пояс. — Я всегда чувствую, когда кто-то трогает мои ампулы!

— Ты не чувствуешь, когда это делаю я, — спокойно ответил Омэн. — Потому что я — тень. А тени не издают звуков.

Он протянул ей ампулу.

— Это — твой главный урок на сегодня. Ты можешь быть сколь угодно быстрой и умной, но если враг подойдёт к тебе бесшумно — ты мертва.

Гелла взяла ампулу, чувствуя, как дрожат руки.

— Вы могли бы просто сказать.

— Сказать — не научить. А теперь — моя очередь учиться. Давай твою зелёную ампулу.

— Липкую смолу?

— Да. Покажешь, как она работает. И как от неё отмываться.

Гелла посмотрела на его чёрную рубашку, потом на старый халат.

— Вы будете в халате?

— Буду. Если я испорчу свою рубашку, мне её нечем заменить.

— А халат мой жалко?

— Твой халат и так уже не спасти.

Она достала зелёную ампулу.

— Готовы?

— Готов.

— Тогда держитесь.

Она разбила ампулу о его грудь.

Зелёная жидкость растеклась по халату, впиталась в ткань и застыла через три секунды. Халат стал жёстким, как панцирь. Омэн попытался согнуть руку — не получилось.

— Как это? — спросил он.

— Липкая смола. Она не только клеит, но и застывает. Чем толще слой, тем жёстче.

— И как это снять?

— Нейтрализатор. Или ждать два часа. Или — если вы ведьмак — попробовать разорвать тенями.

Омэн сосредоточился. Тени от его рук скользнули по халату, проникли в структуру смолы, разрывая её на молекулярном уровне. Через несколько секунд халат снова стал мягким.

— Ай да ведьмак, — восхищённо сказала Гелла. — Вы тенями можете всё.

— Не всё, — Омэн отряхнул халат. — Но многое. Теперь покажи чёрный нейтрализатор.

Она показала. Они провозились ещё час. Гелла учила Омэна распознавать составы по запаху, цвету и консистенции. Омэн учил Геллу двигаться так, чтобы не слышать даже тени.

К концу тренировки они оба были вымазаны в реактивах. Гелла — в кислотном тумане (Омэн случайно разбил ампулу рядом с ней). Омэн — в липкой смоле, скользящем масле и чёрном нейтрализаторе, который оставлял несмываемые следы на коже.

— Вы похожи на барсука, — заметила Гелла. — Чёрно-белого.

— А ты — на привидение, — парировал Омэн. — Зелёное и жуткое.

— Это цвет усталости.

— Это цвет кислоты.

Они сидели на земле, тяжело дыша. Солнце поднялось уже высоко, и полигон заливал яркий свет.