Ворона в гареме. Книга 2 - Коуко Сиракава Страница 43

Меня же отправили в Сихуэй-ляо, Дом смывающих позор. Туда высылали придворных дам, совершивших преступления или заболевших. Это место еще называли кладбищем прислужниц.

С тех пор я живу там, занимаюсь стиркой грязных вещей. Руки постоянно в воде, вытереть их некогда, трещины не заживают и болят. Ну почему мне приходится изо дня в день стирать платья холодной водой? Если бы госпожа осталась жива, мне не пришлось бы этого выносить.

Впрочем, что толку теперь злиться? Госпожи Юаньлинь больше нет. Когда я стираю, то в плеске воды я слышу ее голос. Он звучит как прозрачный ручей, ни с чем не спутаешь. Наверняка доносится из того пруда… Я не могу расслышать, что она говорит. Кажется, плачет. Этот голос преследует меня постоянно, не давая покоя. Не бывает такого, чтобы я его не слышала. Госпожа Юаньлинь зовет меня из-под воды. Каждый раз, когда я погружаю одежду в воду, когда оттираю ее, когда с мокрой ткани падают капли – звучит этот прекрасный звонкий голос.

Мне ужасно жаль госпожу Юаньлинь. Ее душа все еще блуждает в том пруду. Бедная моя госпожа… Госпожа Ворона, не могли бы вы спасти госпожу Юаньлинь? Отправьте ее душу в Благодатную землю, прошу вас…

Изложив свою просьбу, госпожа Ань исчезла, как медленно тающий дым. Шоусюэ вздохнула и встала со стула. Вряд ли женщина отправилась в Благодатную землю…

«Иногда ко мне приходят такие, как ты».

Как девушка и сказала в самом начале, ей не впервой видеть таких посетителей – духов, приходящих к Вороне-уфэй. Некоторые знают, что мертвы, некоторые не замечают этого. Госпожа Ань, видимо, из последних…

Шоусюэ зашла под балдахин и сбросила платье на ложе. Синсин уже заснула. Шоусюэ бросила на нее взгляд и легла.

— Значит, хочешь, чтобы я спасла госпожу Юаньлинь?

Она некоторое время задумчиво глядела во тьму, а потом закрыла глаза. Сон пришел быстро.

На следующий день девушка спросила у Хунцяо:

— Ты знаешь даму по имени госпожа Ань?

Шоусюэ подумала, что женщины должны быть знакомы, ведь Хунцяо тоже раньше жила в Сихуэй-ляо. Служанка заморгала и чуть склонила голову, задумавшись. Когда Шоусюэ нашла ее в Доме смывающих позор, она плохо выглядела и, казалось, была при смерти, но сейчас лицо ее снова обрело нормальный цвет, а щеки округлились. Шоусюэ не спрашивала, сколько женщине лет – наверное, около тридцати. В то время как Цзюцзю не стеснялась демонстрировать свои эмоции, Хунцяо, напротив, отличалась сдержанностью и спокойствием.

— Это старуха, которая была придворной дамой у госпожи Сороки, при позапрошлом правителе, – добавила Шоусюэ, и Хунцяо несколько раз кивнула, словно сообразив.

Значит, знает.

— Она говорила, что слышит голос умершей госпожи?

Хунцяо снова кивнула.

— Ясно…

Шоусюэ принесла листки и письменные принадлежности, которые использовала для занятий с И Сыхой, и положила их на стол. Растерла тушь и вручила Хунцяо кисть.

— Что за женщина была госпожа Ань?

Хунцяо задумалась, держа кисть в руке, потом написала: «Все ее сторонились, считали странной. Она все время говорила, что слышит голос из воды».

— То есть окружающие этот голос не слышали?

Хунцяо кивнула. «Я сама с ней не разговаривала, так что не знаю толком, какая она была». Написав эти слова, она снова обмакнула кисть в тушь и коснулась ею бумаги. Из-под кисти стали появляться извилистые линии. Женщина на этот раз не писала, а рисовала. Глаза, нос, рот, брови… Лицо?