Посол - Владимир Кощеев,Михаил Романов Страница 43

У боярина, кажется, начался нервный тик. А еще он стал стремительно трезветь, осознавая масштабы бедствия.

— Лютый уже отчитался мне, что там и как, – сообщил его величество. – Пацан сейчас мчит на всех парах к своему обидчику. Знаешь, кто обидел нашу гордую птичку?

— Распутин, – мрачно отозвался Нарышкин, прекрасно догадавшись, о ком идет речь.

— Ве-е-ерно, – протянул государь. – Кто еще у нас может гадить с таким завидным постоянством? Только Гришка со своим выродком.

— Ну, сейчас Мирного тормознет ближайший временный пост… – отозвался Нарышкин, потянувшись к карману, в котором лежал телефон.

— Зачем? – делано округлил глаза Дмитрий Романов. – Ни в коем случае! Пусть едет! Пусть едет и пусть доедет, – хищно оскалился император. – А что там, на частной княжеской территории, происходит, так это не наше с тобой дело. Может быть, они в преферанс играют. Зачем мы им мешать будем?

— Нехорошо это, государь, – покачал головой Нарышкин, убрав аппарат обратно в карман.

— Отчего ж нехорошо? – усмехнулся Дмитрий Алексеевич, откинувшись на спинку своего кресла. – Все хорошо. Все просто прекрасно. Смотри, ни ты, ни я не можем князей Распутиных прижать. Не по-людски же это как-то – на ровном месте такой древний уважаемый род пинать. А тут вдруг… – Император пощелкал пальцами, подбирая слова. – Несистемный элемент возник!

— Кому-нибудь это явно не понравится, – заметил боярин.

— Вот кому не понравится, тех ты возьмешь на карандаш, – усмехнулся Дмитрий Романов. – Но что-то мне кажется, князья Распутины допекли и левых, и правых, и даже центристов. Уникальный случай, Витя, когда одна падаль одинаково сильно достала даже непримиримых идеологических противников!

— Он же его убьет, – забеспокоился Нарышкин.

— Кто кого? – не понял император.

— Распутин Мирного!

— Пф, – отмахнулся Дмитрий Романов. – Там столько дури в твоем Мирном, ему что слону дробина все эти вялые распутинские потуги. Вот наоборот – это очень даже может быть. Но тут сами виноваты – что ж это они решили сиротинушку обидеть.

— Поди обидь ту сиротинушку, – буркнул боярин, предчувствуя новую головную боль.

Москва, территория особняка рода Распутиных

Александр Мирный

Ажурные ворота, наверняка какой-нибудь супер-пупер ручной ковки, рухнули на брусчатку, как самая обычная железка. Красивые завитушки полопались от моей ледяной техники, кое-где металл и вовсе рассыпался в быстро тающую труху.

Охрана, прохлаждавшаяся в будке, бодро выскочила наружу, вскидывая на ходу стволы. А в следующее мгновение я уронил туман на всю территорию. Была у меня на фоне мысль, что умные люди, наверное, ставят блокираторы магии на своих домах, но то ли Распутины – не такие уж и умные, то ли это было нераспространенное решение. То ли я нарушил какой-то охранный контур своим пафосным явлением.

Так что моя магия работала, и работала прекрасно.

Первым делом я сместился с линии атаки, в тумане прозвучали приглушенные звуки выстрелов – бойцы надеялись попасть, ориентируясь по памяти.

Увы, попасть сейчас они могли или на тот свет, или на отдых. Туман послушно скрадывал звуки моих шагов, и я спокойно скользнул за спины растерянным бойцам. Несколько ударов ребром ладони, и тела оседают на пол. Детям ночью положено спатеньки, пока взрослые разговаривают разговоры.