Пустующий трон - Кен Лю Страница 435

— Съешьте сперва пару булочек, а потом идите, – кивнула вдова Васу. – Модзо готовила.

Одуванчик схватила паровую булочку и помчалась за Види и Ароной.

— Стойте! – окликнула ее хозяйка «Вазы». – Это надо есть с соусом!

— Да ну, еще заляпаюсь! – ответила Одуванчик, на бегу засовывая булочку в рот. – Мм, вкуснотища!

Пожилая женщина ласково улыбнулась, качая головой.

В поисках улик трое сыщиков отправились на перекресток – туда, где сломались телеги торговцев овощами, где наследили бродячие собаки и стоял почти голый ствол зонтичного дерева.

— И часто вы таким занимаетесь? – осведомилась Одуванчик.

— Чем? Расследованием происшествий? – уточнил Види. Он собрал с дерева нескольких дохлых гусениц, завернул их в тряпицу и убрал в карман. – Я же адвокат. Иногда приходится изучать весьма запутанные дела. Магистраты, даже добропорядочные, обычно торопятся со всем разобраться и допускают ошибки.

— Види скромничает, – сказала Арона. – Вот был как-то случай, когда он отыскал детей, похищенных разбойником по прозвищу Скелет-Хохотун…

Набравшись новых сил после сытного обеда и обильного питья, монахини с помощью своей волшебной черепахи сожгли оставшихся на дереве гусениц, затащили черепаху прямо в ресторан и сплясали с ней на всех трех этажах. Они покинули «Великолепную вазу» лишь перед самым ужином.

— Не иначе то было самое дорогое изгнание духов в истории Гинпена, – пробормотала вдова Васу.

— Главное, что не мы его оплачивали, – заметила Мати.

— И работники будут уверены, что проклятие снято, – добавила Лодан. – Модзо добрая девочка, она здорово нам помогла.

Вдова Васу покачала головой. Она не была столь уверена.

— Все равно не нравится мне все это. Держите ухо востро, а глаза широко открытыми.

Не прошло и часа с начала ужина, как случились первые неприятности. Пэнози поднималась на второй этаж с миской пельменей для клиента, как вдруг почувствовала резкую боль в животе. Она покачнулась и пролила бульон на себя.

— Что с тобой? – спросила сверху Лодан.

— Не знаю, – ответила моментально вспотевшая Пэнози. – Мне нужно… в туалет.

Лодан подменила девушку, пока та бегала в уборную, находившуюся в отдельном здании.

Пэнози вернулась, ощущая слабость. Ноги подкашивались, ее тошнило, пока наконец не вырвало. В этот момент еще несколько подавальщиков и подавальщиц выбежали из ресторана в направлении уборной.

На кухне дела шли не лучше. Несколько поваров вынужденно прекратили работу из-за спазмов в животе. После посещения уборной ни один не мог даже подняться обратно наверх.

А заказы между тем копились; посетители нетерпеливо ждали возвращения обслуги. Лодан зашла к Мати на кухню.

— Придется закрывать кухню, – тяжело дыша и потея, сказала Лодан. – Почти все подавальщики не могут работать, да мне и самой худо.

— Ума не приложу, что случилось. – Мати грела живот мешочком с водой. – Никогда такого не было. Повезло, что хотя бы с клиентами все хорошо.

Вдова Васу согласилась прекратить обслуживание. Ресторан фактически не работал уже три дня, и это сильно ударило по бюджету, но выбора не оставалось.

Самой вдове тоже стало плохо. Лодан и Мати из последних сил извинялись перед посетителями, раздавая им талоны на бесплатные ужины. Некоторые гости заметили вереницу поваров и подавальщиков возле уборной и побледнели. Вскоре поползли слухи, что в ресторане что-то не так с качеством еды.