Печать Кощея - Анастасия Дёмина Страница 46

Игорь, взглянув на заснеженный комплекс, побрёл прямо по сугробам к стоящим с краю качелям. Белка, унюхав что-то, метнулась на угол пустыря. У качелей Игорь разгрёб ногой снег вокруг, отряхнул сиденье и сел, не глядя на Костю и Катю.

Катя после недолгого колебания последовала его примеру и устроилась на соседних качелях, поставив вручённый пакет на снег. Костя же присел на перила расположенной напротив карусели.

— Ну и? – легонько раскачивая себя ногой и не поднимая взгляда от снега, проворчал Игорь. – Чего вам нужно?

Костя переглянулся с Катей, и та сделала большие глаза, намекая, что это он должен задавать вопросы. А Костя не знал, как спросить о том, что им нужно узнать, боясь, что любое неверное слово разозлит Игоря, и он откажется с ними разговаривать. Вопросы теснились в голове, напирая и давя. С каждой секундой терпение Игоря таяло, и в конце концов молчать стало совершенно невозможно.

— Расскажи нам всё, что ты знаешь о Василии, – вырвалось у Кости. Он тут же торопливо добавил: – Пожалуйста. Мне очень нужно это знать, моя бабушка пропала после того, как он к нам приходил, и никто не знает, что с ней случилось… – Костя осёкся.

Какое-то время Игорь молчал. Катя наклонилась, стараясь заглянуть богатырю в лицо, и тут он заговорил:

— Твоя бабушка. Её ищут?

— Ну… – начал Костя. – Полиция не приняла заявление о её пропаже, потому что вместе с ней из нашей квартиры исчезли её вещи и документы, а так как она уже один раз так скрылась ото всех… – Он беспомощно пожал плечами. И добавил: – Но Зоя Никитична делает всё возможное…

— Значит, кто-то всё-таки ищет, – перебил Игорь и, чуть приподняв голову, глянул исподлобья на Костю. – А мою маму никто не ищет.

Под таким углом Косте показалось, что под глазами богатыря пролегли глубокие тени, сделавшие его слегка похожим на скелет. Он ожидал злости, и она совершенно точно читалась во взгляде Игоря, но к ней примешивалось что-то ещё. Обида? Отчаяние? Одиночество? В груди Кости заворочалось что-то холодное и колючее: он уже видел этот взгляд. Но где? У кого?

— Твоя мама… – Костя запнулся, облизнул пересохшие губы и попытался снова. – Зоя Никитична сказала, что твоя мама уехала после случившегося в музее…

— Уехала, – подтвердил Игорь, не спуская с него глаз. – Собрала вещи, документы и исчезла. Никто не знает, где она, что с ней. Так скажи мне, как это отличается от того, что произошло с твоей бабушкой? Почему твою бабушку ищут, пусть не полиция, но кто-то, а мою маму – вообще никто?

— Я…

Костя растерянно замолчал. Он не знал, что на это ответить. Возразить? Но Игорь был прав: обстоятельства исчезновения действительно казались схожими, но за бабушку Кости волновались не только он и его друзья, но и Зоя Никитична, и другие лукоморцы, которым было известно о попытке кражи меча-кладенца.

Кстати, о мече. Всё это время он так тихо себя вёл, что Костя почти о нём забыл. Но сейчас вдруг почувствовал шевеление возле правого бока. Металлический треугольник выскользнул из кармана куртки и завис перед Игорем. В солнечных лучах мигание его самоцвета было заметно только по искрам в глубине камня.

— Если мне будет позволено высказать своё мнение, – проговорил меч печально. – Я целиком и полностью разделяю ваше негодование из-за столь несправедливого отношения к вашей матушке и нахожу ужасной мысль, что её исчезновение – добровольное али нет – остаётся без должного внимания со стороны тех, кто обязан развеять ваши тревоги.