Пульс темной магии - Александра Власова Страница 46

За время практики я поняла: если нечисть навязывает тебе игру, не стоит в ней участвовать. Выигрывает обычно тот, кто установил правила. Молчание несколько разочаровывает стригу, но Ингино огорчение длится не больше секунды.

— Я изменила голос, используя нейросеть! – радостно сообщает она. Стрига понижает тон до доверительного, будто мы сплетничаем за чаепитием. – Представляешь, простейшая программка справилась со своей задачей лучше самого хитрого ритуала. Скажи, как ощущения, – от трубки повеяло леденящим ужасом? Может быть, дыхнуло погостом?

Инга упивается каждой секундой своего триумфа, она почти счастлива. Но что стриге все-таки нужно? Не поверю, будто она затащила меня в заброшку только ради того, чтобы блеснуть интеллектом.

Зачем вообще людей заманивают в такие места? Что-то у меня не очень хорошее предчувствие…

— Ты так помешалась на мистике! Даже не допустила саму возможность: «звонок покойницы» может быть обыкновенным пранком. Да его под силу устроить любому школьнику, – продолжает вещать вампирша.

Ее взгляд останавливается на моем кулоне. Тот слегка жжется. Или мне так кажется из-за волнения?

— Красивая побрякушка. Позволишь взглянуть?

Инга хочет подойти, уже делает шаг навстречу, но вдруг замирает, словно незримая сила не дает ей приблизиться. Повторяю, как мантру: все отлично, я в безопасности. Кулон не позволит никому мне навредить.

— Защита на высшем уровне, – одобрительно кивает стрига, облизывая красные губы, – и твое самообладание достойно всяких похвал. Но кое-кто допускает одну и ту же ошибку. Думаешь, человека можно убрать только с помощью порчи или проклятья? Знаешь, почему белая раса победила индейцев? У первых была магия и помощнее нашей: шаманы, духи, покровительство предков. А у вторых – огнестрел.

Лекция по истории заканчивается так же внезапно, как и началась. Инга лезет в сумочку и достает из нее… пистолет. Мир замирает. Мозг пытается меня защитить: начинает казаться, будто мы перенеслись в дрянной сериал.

Только, к сожалению, сейчас нет возможности переключить «канал». «В психологии это называется дереализация…» – не к месту всплывают университетские знания.

Инга тем временем нежно, практически любовно поглаживает ствол. Как и многие психопаты, она склонна к рисовке и получает выбросы адреналина от ужаса жертвы.

— Конечно, есть специальные магические защиты, которые уберегают людей от пуль. Но я сомневаюсь, что твой кулон защищает от киллера. Скорее всего, от другого колдуна. Никита говорил, ты умная. Возможно. Но добавлю от себя, – произносит она, вмиг утрачивая всю игривость, – как и все эзотерики, слишком самонадеянная.

И направляет на меня пистолет.

* * *

Инга права. Моя магическая защита не остановит пулю. Единственный козырь – и то, если быть откровенной, слабенький, – неоконченное психологическое образование.

Абстрагируюсь от того, что передо мной нечисть. Будем считать, что имеем дело с обычным психопатом в период сезонного обострения. Бежать бесполезно. Она, скорее всего, выстрелит в спину. Взывать к жалости и морали – тем более. Смешно добиваться эмпатии у существа, не способного к состраданию.

Единственный шанс убедить Ингу не делать что-либо – доказать: поступок невыгоден ей самой. Из-за притупленного чувства страха у психопатов порой возникают проблемы с долгосрочным планированием.