Вера стада - Джеймс С. А. Кори Страница 46

— О, босс. – Соммерсон заметила его. – Как раз вовремя. Функциональный анализ выглядит интересно.

— Функциональный анализ запросто может быть неверным. Слишком часто дает ложноположительный результат, – рассеянно отозвался Тоннер. – Будь у мягких лотарков социальный груминг, они бы не выглядели такими нечесаными и побитыми молью, как по-твоему? Ну то есть, после груминга ты выглядишь ухоженным, верно? И какое эволюционное давление вынуждает к поеданию своих мертвецов? С учетом риска заражения, выгода должна быть очень существенной.

— Не понимаю, о чем вы, босс.

Тоннер большим пальцем и костяшкой указательного протер глаза:

— Да-да-да, извините. Обдумывал сказанное приятелем и…

Он помотал головой. Соммерсон подвинулась вправо, освобождая проход к сканеру. Помедлив, Тоннер прошел вглубь лаборатории. Светлокожий мужчина поднял глаза. Может быть, раньше он заправлял всеми финансами континента или еще чем-нибудь, пока это не утратило смысл. Не обращая на него внимания, Тоннер вытащил рабочую перчатку и стерильную пластинку. На обратном пути он оставил пластинку у сканера и натянул перчатку.

Мягкий лотарк заметил Тоннера, лишь когда тот протянул к нему руку. Даже сквозь перчатку мех казался сальным и жестким. Лотарк уперся крупной лапой ему в грудь и оттолкнул его, едва не сбив с ног. Затем угрожающе шагнул в сторону Тоннера.

— Потише, дружище, я не опасен, – произнес Тоннер, попятившись и поднимая руки: «Я безоружен». – Я Тоннер. Заведую этой лабораторией и другой, в главном помещении людской доли.

Лотарк замер, но не стал опускать лапу, как бы раздумывая, наносить удар или нет. Полуразум у него на шее издал несколько хлюпающих и щелкающих звуков, и лотарк немного расслабился. Когда он заговорил, полуразум холодно, невыразительно перевел: «Без физического взаимодействия».

— Мои извинения. – Тоннер отступил еще на шаг. – У людей прикосновения часто выражают дружеские чувства между равными.

Ответ мягкого лотарка определенно был намного длиннее перевода:

— Между людьми и мягкими лотарками – нет.

Тоннер, все с той же извиняющейся улыбкой, продолжал пятиться. Уверившись, что стражник не бросится на него и не изобьет до смерти, он вернулся к резонансному сканеру. Вскрыв рукой в перчатке пластинку для образцов, он аккуратно приложил к ней палец, сперва подушечкой, потом тыльной стороной, чтобы перенести на пластину всю подхваченную материю. Даже невооруженным глазом он видел маслянистые пятна с темными включениями. Что-то побудило его понюхать пластину. Мех мягкого лотарка пахнул содержимым ночного горшка.

Закрыв препарат, он запечатал крышку и вставил пластину в прибор. Простейший анализ не занимал много времени.

— Новая идея? – спросила Соммерсон.

— В общем-то, нет. Просто любопытствую, понимаете ли. – Тоннер стянул и выбросил перчатку в мусорную корзину. – Показывайте, над чем вы тут работаете.

12

Джессин шла вслепую. Мужчина снял с себя синюю куртку и жестом велел ей накрыть голову. Сначала она просто застегнула куртку и нахлобучила ее на себя, как большую шляпу, опиравшуюся в основном на плечи. Это его не устроило. Он подошел сзади и одной рукой приставил к ее спине нож, а другой обвязал рукава вокруг шеи. Мир сузился до голубоватого солнечного сияния, просачивавшегося сквозь ткань. И попахивал немытым телом – спасибо, что он не напялил на нее нижнюю рубашку.