Посол - Владимир Кощеев,Михаил Романов Страница 48

Но вышедший из машины юноша его поразил. Будучи ровесником Василисы, Александр Мирный не выглядел юным, потерянным или встревоженным. Нет, подходящий к ним человек излучал такую невероятную внутреннюю силу, такое убийственное спокойствие, что Корсаков даже немного растерялся.

Зато Василиса не растерялась! Со всхлипом «Сашка!» его кровиночка кинулась к Мирному и уткнулась ему в грудь.

Вот засранка! Пороть надо было в детстве! Старыми дедовскими розгами!!!

Москва, Хамовническая набережная

Александр Мирный

Звонок от Серова застал меня почти что у самого университета.

— Здравствуй, Александр, – поздоровался Антон Васильевич таким тоном, что я сразу понял – отпираться бесполезно, большой брат уже все про меня знает.

— Здравствуйте, – ответил я не слишком довольным тоном.

— Надо бы протокол отработать, Александр, – сообщил Серов. – Подъезжай к остаткам своего офиса.

— И все? – поинтересовался я.

Так и подмывало спросить, брать ли с собой зубную щетку и сменное белье, но Серов удивил.

— Все, все, – посмеялся он, а затем серьезным тоном добавил: – Пока все.

И нажал отбой.

Пришлось разворачиваться.

Вообще логично, что на место происшествия вызывают собственника помещения и арендатора. Нелогично, что меня ни один дэпээсник по дороге от Распутиных не остановил.

Наталкивает на определенные мысли.

У здания, где завтра, то есть уже сегодня, я никого так и не смогу собеседовать, суетились люди. Все, как положено при теракте. И оранжевая ленточка, огораживающая пространство от любопытных пешеходов, которых посреди ночи просто не было.

Я не планировал понтоваться, но увидел Серова, беседующего с бледной как смерть Василисой, и почувствовал глухое раздражение. Неможно было меня подождать, что ли? Что он хочет услышать от девчонки в полуобморочном состоянии?

Вывернул руль и дернул ручник.

Машина с визгом развернулась, оставив на асфальте красивый росчерк, и мягко ткнулась в бордюр колесами. М-да, такими темпами резины даже на сезон не хватит.

— Сашка! – Василиса бросилась ко мне, едва я покинул свой автомобиль.

Девчонка испуганно прижалась, точно маленький котенок, и судорожно вздохнула.

— Ну-ну, это всего лишь стены, – я погладил Василису по спине, – сделаем новые. Будут лучше предыдущих.

Василиса кивнула, не поднимая головы, и я, приобняв ее за плечи, подошел к ожидающим нас мужчинам. Если с Серовым было все понятно, то второго я не знал. Впрочем, не требовалось иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться, что смотрящий на меня с неприкрытой неприязнью мужчина – отец Василисы.

Я бы на его месте, конечно, тоже так смотрел на какого-то упыря, обнимающего мою кровиночку. А может, и не просто смотрел, тут зависит от настроения.

— Василиса, отойди от этого человека, – процедил Корсаков.

Внешне он напоминал типичного такого купца из сказок. Невысокий, плотненький, с цепким взглядом, аккуратной бородой и серебром в волосах. Я не наводил справок о семье Василисы, но тут не нужно было быть провидцем, чтобы заметить: глава семьи Корсаковых очень болен и, вероятно, доживает свои последние деньки. Слишком болезненным он выглядел, как будто его подняли со смертного одра и притащили на место происшествия.

— Олег Юрьевич, у вас еще будет масса времени познакомиться с этим юношей, – сухо проговорил Серов. – Мирный, есть разговор. – И особист повел рукой в сторону, предлагая отойти с ним.