Пират: Красный барон. Капитан-командор. Господин полковник - Андрей Посняков Страница 487

— Умница ты моя!

С первым вражеским натиском моряки «Скайларка» справились, отбились, однако вражьи баркасы, выбирая момент для броска, кружили вокруг корабля, словно волки вокруг загнанного оленя.

— У нас много раненых, – негромко доложил Лефевр. – И убитых хватает. Боюсь, следующий натиск…

— Галеры!!! – вдруг закричал юнга. – Галеры по правому борту. Галеры!

Громов повернул голову, увидев с десяток плоских, словно камбалы, скампавей, деловито направлявшихся к шведам. На кормовых мачтах судов гордо реяли флаги святого Андрея, белые с синими косыми крестами.

— Наши, – вытирая об полы кафтана пропахшие порохом руки, довольно улыбнулся Спиридон, корабельный плотник, а по совместительству – комендор оружейной палубы – деки. – Наши… Вовремя они, да.

Многие матросы «Скайларка», сняв шапки, крестились – помощь подоспела как нельзя более вовремя. Озабоченные шведы забегали по палубам своих обреченных судов, словно тараканы.

— Ха-ха! – засмеялся Лефевр. – Так вам и надо! Как это по-русски? Пошли свиней стричь, а сами стрижены вернулись?! Так?

— Ну примерно так где-то…

Отвернувшись от постанывавшего Амонина, коему уже оказывали помощь, Андрей снова посмотрел на галеры… Любо-дорого посмотреть! Вот уж кому никакого ветра не надо – только гребцы-галерники, шиурма, да профос с большой плеткой! Однако любая приличная волна – смерти подобна, а волн таких много бывает – Балтика не Средиземное море.

Нет, но как идут! Красиво, слаженно, в линию. Взмахивают себе веслами – раз-два, раз-два… А позади, в кильватере… катер!

Белый, стремительно несущийся по волнам катер!

— Черт побери!

Громов схватил жену за руку:

— Скорей! Месье Лефевр, спускайте шлюпку.

— Не понял, господин капитан?

— Мне надо лично переговорить с капитанами скампавей. Срочно!

— Слушаюсь, господин капитана. Сейчас я назначу гребцов…

— Нет! Сам погребу. Здесь каждый человек наперечет нынче…

Андрей помог спуститься супруге, уселся на весла, погреб в синем сполохе молний…

Яростно ударил гром, и вдруг поднявшийся ветер швырнул в лицо пенные брызги…

— Прощайте, друзья! – обернувшись, помахала рукой баронесса. – Прощай, верный Том, прощай, Лесли, прощай…

Громов тоже обернулся на веслах. Кинул взгляд на приближающийся берег… Там уже не было грозы, не было никакой тучи – в голубом летнем небе весело сверкало солнце, и белосне-жый катер, делая пологий разворот, удалялся к дальнему мысу…

Лодка ткнулась носом в песчаную отмель, дальше Андрей и Бьянка пошли пешком, по мелководью… Не белели паруса на горизонте, не было видно скампавей, вообще ничего такого…

Тишина… вдруг разорванная бодрой барабанной дробью!

— Наверное, наши… – вслух предположил Громов. – Хотя могут быть и шведы… Но как же тогда…

— Укроемся там, в кусточках, – Бьянка потянула его за руку – Скорей!

Они успели вовремя – спрятались, укрылись, выглянули со всей осторожностью…

Снова рокот барабана! И песня… вернее – речевка:

Кто шагает дружно в ряд?

Пионерский наш отряд!

Сильные

И смелые!

Ловкие,

Умелые!

На пляже, в барабанном грохоте и звоне речевки, появилась группа детей в белых рубашках и алых пионерских галстуках. Во главе шел вожатый – нескладный парень в куцых смешных шортиках, очках и в красном галстуке на вытянутой кадыкастой шее. Забавный такой вожатик! Судя по виду – как бы не скрытый педофил.