Последняя роза Дивеллона - Вера Платонова Страница 49

Айволин поставил чашку на пол и молниеносным движением бросил меня на постель, удерживая одновременно запястья и, поставив колени между моих ног, заглянул в мои испуганные глаза и сказал:

– И я могу легко взять то, что мне полагается по праву прямо сейчас и без лишних разговоров. Но ведь брать женщин силой ничуть не лучше, чем за деньги, верно? Однако это не значит, что нужно испытывать мое терпение. Его-то у меня всегда и недостает.

И только я почти смирилась со своей участью, как он просто освободил меня из захвата, вновь сел на постели, демонстрируя спину, покрытую страшными кровоподтеками и черными синяками, полагаю, приобретенными сегодня, зевнул, и забрался под одеяло. А спустя мгновение задышал глубоко и ровно, как спящий крепким и спокойным сном человек.

Я же, наоборот, в недоумении села и уставилась на его широкую спину, полуприкрытую одеялом, а затем, мучимая внезапной жаждой, подошла к кувшину, залпом выпила чашку воды и вернулась к своему краю кровати. Заняла его и стала беспокойно ворочаться. Видно, успела выспаться.

Промаявшись так почти до самого утра, я сделала глубокий вдох, решительно стянула с себя ночную рубашку, плотно прижалась всем обнаженным телом к телу Айволина и зажмурила глаза.

Со скоростью хищника в засаде, к которому жертва имела неосторожность подойти слишком близко, он тут же развернулся и подмял меня под себя, накрывая мой рот своим и жадно целуя, и прижимая к постели. И я была уверена, что видела, как в слабом свете лампы, в его глазах отражаются отблески торжества, и почему-то чувствовала себя одураченной.

Насладившись вдоволь моим ртом, он будто с сожалением оторвался от него, и отправился ниже, мечась от холмиков грудей к животу, от живота к бедрам, мягко отводя мои руки, иногда стыдливо пытавшиеся прикрыться. Оттуда возвращался снова к лицу.

И в моем теле вдруг нашлась, задрожала и зазвенела та самая струна, вынуждая поддаваться этим безумным ласкам, подставлять им себя и пытаться отвечать на поцелуи, как получалось и чувствовалось.

Ошалевшая от неизведанных ранее ощущений, я внезапно почувствовала что в меня настойчиво упирается нечто твердое и, замерла, вновь напуганная. Спасибо Флоре, если бы не ее учение о мужском естестве, я бы и вовсе с визгом соскочила с кровати,вспомнив об избиении жён жуткими палками. Но пока что просто настороженно затаила дыхание.

Айволин убрал от моего лица прилипшую тонкую прядку волос и завел ее за ухо, нежно целуя в висок, а затем чуть продвинулся внутрь. Я выдохнула, потому что ощущение было неприятным, но он взял меня ладонями за лицо и, продолжая сосредоточенно глядеть в мои глаза, сделал еще два толчка и пробормотал:

– Теперь тебе будет полегче.

Внутри меня забилось тревожное: “Неужели, это еще не все?”. Я со всей силы уперлась в его твердую грудь обеими ладонями, пытаясь вытолкнуть из себя, но он не позволил, удерживая меня руками, и начал быстро двигаться, пока не затрясся, как больной падучей болезнью, что меня и вовсе привело в ужас, и улегся рядом.

– Ну вот и все, – сказал он, целуя меня в спину. – Не страшнее, чем бегать у снежной пропасти, верно?

Я сдвинула брови.

– Ты обманул меня, да? Сыграл на моем чувстве вины и сделал вид, что спишь? А сам ждал?

– Нет, – широко улыбнулся он. – Я просто очень чутко сплю А как от такого не проснешься. Мне точно невинную деву привезли? Невиданная прыть…