Ректор для лучницы. Тень из Дома Ночи - Татьяна Булгава Страница 49

Глава 18. Тяжесть правды

Глава 18. Тяжесть правды

Помолвка стала не только личным событием, но и официальным заявлением для всей академии. Слухи разлетелись мгновенно: «Ректор женится на начальнике стражи!», «Они уже давно вместе, просто скрывали!», «Торнберг был свидетелем — значит, Совет в курсе и не против».

Ксавьер не опровергал и не подтверждал. Он просто ходил по коридорам с кольцом на пальце — простым серебряным ободком, который Лисса выбрала сама. На её руке красовалось такое же.

— Мы как голуби, — сказала она, когда они остались в кабинете одни.

— Голуби не носят кольца.

— Голуби не носят ничего.

— Тогда мы лучше голубей.

Она улыбнулась, но улыбка вышла грустной.

— Что случилось? — спросил Ксавьер, заметив это.

— Документы, — она кивнула на сейф. — Они лежат там. Мы знаем, что правда может уничтожить людей. И ничего не делаем.

— Что ты предлагаешь? Выложить всё Совету? Прямо сейчас?

— Я предлагаю перестать бояться. Мы нашли доказательства. Мы знаем, кто виноват. Пора действовать.

Ксавьер подошёл к сейфу, положил руку на холодный металл.

— Если мы обнародуем эти бумаги, Фредерик лишится всего. Но вместе с ним пострадают и его внуки, и правнуки. Невинные люди.

— А твой отец? Он был невиновен, но его казнили. Где была справедливость тогда?

— Её не было, — тихо сказал Ксавьер. — Поэтому я и хочу быть осторожным.

— Осторожность — это хорошо. Но не тогда, когда она превращается в трусость.

Ксавьер резко повернулся к ней.

— Ты считаешь меня трусом?

— Я считаю, что ты боишься последствий, — Лисса не отвела взгляд. — И это нормально. Но нельзя позволить страху управлять тобой.

— А ты не боишься?

— Боюсь. Но я боюсь не за себя. Я боюсь за тебя. Если мы не раскроем правду, твоё имя так и останется запятнанным. Ты всегда будешь «сыном предателя» для тех, кто не знает истины.

Ксавьер молчал. Потом открыл сейф, достал дневник отца.

— Хорошо, — сказал он. — Завтра я созову Совет. И представлю доказательства.

— Я поеду с тобой.

— Нет. Ты останешься в академии. На случай, если что-то пойдёт не так.

— Что может пойти не так?

— Всё, — он посмотрел на неё. — Фредерик Дандар мёртв, но его союзники живы. Они не захотят, чтобы правда всплыла.

— Тогда возьми охрану.

— Возьму. И Геллу с Омэном.

— А меня — нет?

— Ты — начальник стражи. Твоё место здесь, — он взял её за руку. — Я не хочу рисковать тобой.

— А я не хочу, чтобы ты рисковал собой в одиночку.

— Я буду не один. Со мной будут брат и его жена.

— Это не одно и то же.

— Лисса…

— Не надо, — она высвободила руку. — Я понимаю. Но мне всё равно обидно.

Он хотел что-то сказать, но в дверь постучали.

— Войдите, — сказал Ксавьер.

На пороге стоял Торнберг — бледный, с дрожащими руками.

— Ректор, — сказал он. — Я только что получил письмо из Совета. Вас вызывают на срочное заседание. Завтра утром.

— О чём?

— Не сказали. Но гонец выглядел встревоженным.

Ксавьер переглянулся с Лиссой.

— Похоже, они узнали, — сказал он.

— Что узнали?

— Что мы нашли документы. Или что Дориан говорил правду.

— Как они могли узнать?

— У них везде есть уши, — Ксавьер убрал дневник обратно в сейф. — Торнберг, вы остаётесь за ректора. Лисса — начальник стражи. Мы с Геллой и Омэном едем в Совет.

— А я? — спросила Лисса.

— Ты — здесь. Будешь охранять академию. И тайник.