Альма Френг и новые тайны - Ида Туфте Микельсен Страница 49

Альма беспокойно бросила взгляд на незнакомый силуэт. Как это Элионора так свободно разговаривает о тенях при незнакомцах?

— … чтобы просто нас перевезти! Из одно места в другое. Невероятно!

— Элионора, – прошептала Альма, кивая на загадочного человека – теперь она могла разглядеть, что это мужчина в толстом пуховике. – Ш-ш-ш!

— Это ты про Йеспа, что ли? – улыбнулась бабушка.

Йесп? Альма ничего не понимала. Они взяли с собой учителя с курсов солнцеловов?

Когда мужчина приветственно кивнул Альме и назвал её по имени привычным голосом, она убедилась, что не ослышалась.

— Кажется, нам туда, если память не изменяет? – спросил Эдвин, указывая на аллею Эвельсёй.

Альма посмотрела на заснеженную дорогу, потом снова на дедушку и его трость.

— До дома совсем недалеко, – быстро сказала она.

— Обо мне не беспокойся, – сказал Эдвин, выставляя вперёд трость. – За тридцать лет в тюрьме я стал терпеливее своей жены.

— Терпение! – фыркнула Элионора. – Сплошная трата времени…

Впереди бодро зашагал Йесп. Когда они добрались до подъездной аллеи, он первым пошёл по гравию. Не дожидаясь Альмы, он уверенно схватился за дверную ручку и решительно, даже напористо распахнул дверь, будто желая показать, кто из них двоих на самом деле в этой ситуации главный.

И вдруг Йесп ойкнул и попятился.

Альма испугалась. Что там случилось? Она уже собиралась броситься наутёк, когда Йесп обернулся.

— Это что за чудище? – прошептал он.

В дверном проёме Альма заметила Бёрре.

— Это наш пёс.

— Собака? – Йесп оглядел Бёрре недоверчиво. – Быть не может.

Альма понимала его сомнения. Для начала, Бёрре был огромной собакой. К тому же из-за влажного зимнего воздуха шерсть его стала виться колечками. И на вид он теперь напоминал большущий бежевый мяч на ножках.

Когда Альма дошла до двери, из глубины дома вышел Симон. Отец заметил на другом конце коридора Йеспа и резко остановился.

— Добрый день! – серьёзно сказал Йесп.

— Добрый, – ответил Симон.

— Куда мне повесить одежду?

— Зависит от того, чья одежда.

Йесп непонимающе мигнул:

— Моя.

— Ага. А вы кто? – прищурился Симон.

— Йесп Йесс-Авальдсен, – отрекомендовался Йесп.

Послышался хруст гравия, и вскоре за спиной Альмы возникли Элионора и Эдвин.

— Это кто? – сурово спросил Симон. Отец не любил чужаков в доме.

— Йесп Йесс-Авальдсен, – повторил Йесп. – Вы что, плохо слышите?

— Что ж, да, – виновато произнесла Элионора. – Йесп, подожди минуточку.

Она помогла Эдвину войти в дом и прошла мимо Альмы в ставшей тесной прихожей.

— Проходите пока в гостиную, – сказала она. – А я перекинусь парой слов с Симоном с глазу на глаз.

Она открыла ближайшую дверь. Та вела в туалет под лестницей.

— Ра правый, а это что?!

— А, это… – сказал Симон с хриплым смешком и провёл Элионору внутрь. – Небольшие ремонтные работы, – успел сказать он, прежде чем дверь за ними закрылась.

Из туалетной комнаты послышался голос Элионоры. Та явно старалась говорить потише, но больше никаких звуков в доме не было, а шептать Элионора особо не привыкла, так что из-за тонкой двери было отчётливо слышно каждое её слово.

— Я бы предупредила заранее, но солнечную почту ты в светлое время суток получать отказался, а все телефонные линии, как ты знаешь, прослушивает гвардия Грубель. Но мы ведь решили, что меры безопасности нужно усилить. Вот Йесп и вызвался.