Влюбиться в Май - Ася Исай Страница 5

Старые петли жалобно скрипят. — Открывай, сука! — хриплый голос проникает сквозь дерево, леденит кровь в жилах. — Я знаю, что ты там

5. Медиум, гадалка и прочая нечисть

5. — Открывай… — сижу на полу у ее двери уже второй час, безуспешно пытаясь выкурить ведьму из квартиры. Точно знаю, что она там. Сначала скреблась как мышь, думая, что я ее не слышу. Позже, после моего адского приступа кашля, слышал, как она то ли всхлипывает, то ли шмыгает носом. Неужели жалко стало, что отравила меня неведомой человечеству гадостью? Впрочем, если и так, то жаль стало не настолько, чтобы впустить в квартиру. Боится… Очередной приступ кашля отбирает дыхание и украшает кафель на полу багровыми каплями крови. Эта дрянь все быстрее отвоевывает у меня право на жизнь. До легких добралась, зараза. — Как? — слышится тихий шепот из квартиры. Устало прислоняюсь спиной к двери. Сам не знаю почему, но уверен, что она сидит точно так же. — Как ты меня нашел? Как, как… Колян с лечением послал меня на хрен. Его более влиятельные коллеги попытались меня упечь в больницу, собирали бесчисленные консилиумы и все без толку. Когда среди врачей пошли разговоры о том, что пора вызвать разнообразное подкрепление, от батюшек до спецслужб, я понял, что пора валить. Толку от этих умников никакого не будет. И пока меня не расфасовали по банкам, и не сдали на опыты, решил обратиться в инстанции куда более компетентные в вопросах неизведанного. Первыми были гадалки. Сам себе не верил, когда начинал искать, но и в растущие цветы из плоти верилось плохо, пока не увидел своими глазами. Бабки утекали рекой, счета пустели быстрее, чем тратила когда-то содержанка Машенька, но толку было ноль. Хваленый Анатолий Швепс рассказал о том, что за мной стоят духи сильного рода ведьм, что я сам обладаю силами исцеления… Но как только я ему предъявил настоящую причину своего визита, бедолага упал в обморок. Примерно два десятка потомственных ведьм, колдунов, экстрасенсов, медиумов и прочей нечисти сочиняли странные истории, и ни один не приблизился к истинной причине моего визита. Пока я не наткнулся на слух о бабке в глухой деревне. О ней почти не говорили. Но если и говорили то шепотом и только для того, чтобы попытаться удержать от похода к ней. Ростки уже не умещались под курткой, как нарочно, щекотали кожу. Ранки, из которых они пробивали себе путь на волю, сочились кровью и болели так, что ни одна разрешенная минздравом доза обезболивающих уже не спасала. Дорогу к бабке мне указать никто не удосужился. Местный алкаш за бутылку водки махнул в сторону леса и, ускорив шаг, исчез в другом направлении. Пришлось идти одному. Сумеречный лес вокруг сгущался с каждым шагом. Ветки хлестали меня по щекам, путались под ногами и всячески мешали идти. Ноги двигались механически. Я устал, и лес казался бесконечным. Может быть, я уже заблудился к тому моменту? Вдруг земля исчезла. Я упал молниеносно, ужасающе быстро. Камни рвали одежду, оставляя полосы боли и выдирая ростки из плоти. Ничего не видел, только землю и мелькающие тени деревьев на фоне черного неба, снова землю. Руки инстинктивно хватались за воздух, ища опору, но находили только листья и пустоту. Удар. Спина, рёбра, череп — всё одновременно. Боль не пришла сразу, только оглушение, холодная земля под спиной. Я лежал, закрыв глаза, дыша прерывисто.