Гимлеон. Интоксикация - Реа Мар Страница 50

— Я и без тебя дорогу найду, спасибо.

— Зря отказываешься! Я же вижу, что ты вся на нервах! Хочешь, я расскажу тебе анекдот про утку и доктора? Моральная поддержка всегда нужна! Особенно перед уколом!

— Слушай, Снор, отцепись! И чего ты вообще ко мне привязался?

— Пытаюсь разрядить обстановку. Иногда юмор — лучшее лекарство! Кстати, вот тебе нужный кабинет! — И он торжественно указывает на дверь.

Останавливаюсь и всматриваюсь в табличку: «Процедурный кабинет № 9».

— Но отец говорил, что мне нужен другой…

— Ага, именно этот! Давай-давай! Не ссы! Глубокий вдох… и вперёд! — Снор бесцеремонно подталкивает меня в спину, заставляя сделать шаг. — Удачи, Колючка! И помни: лучше не злить её — она может дать жару!

Подмигивает мне и отходит в сторону.

«Жару»? Это что, ещё один его прикол, или мне правда стоит приготовиться к чему-то непредсказуемому? Может, все-таки стоит найти отца?

Я тихонько открываю дверь и проскальзываю в процедурную, где витает густой запах дезинфекции и чем-то ещё… кажется, горелым кофе и… табаком? Морщу нос, оглядываясь. В помещении никого нет, кроме стального стола, на котором тоже ничего нет. Стеклянные витрины наполнены инструментами и медикаментами, а в углу стоит старая кушетка, видавшая лучшие времена.

Вторая дверь, с табличкой «Только для персонала», с грохотом распахивается, и из смежного помещения выходит женщина средних лет. Морщинистое лицо изрезано сетью тонких линий. Короткие седые волосы аккуратно приглажены, но пара непокорных прядей торчит в разные стороны. Камуфляжные брюки и грубые ботинки выглядывают из-под наспех накинутого белого халата. И взгляд… Такой бывает только у людей, побывавших в аду.

Она даже не удостаивает меня взгляда, а с яростью пинает распахнутую дверь, и я вздрагиваю от неожиданности.

— Черт бы подрал этого старого хрыча! Когда уже он придет и починит эту дверь?! Три дня прошу, но пока она сама не отвалится, никто и пальцем пошевелит! — хрипло ругается и, наконец, смотрит на меня. — Ты! — кивает мне. — Проходи и присаживайся на кушетку, девочка. И прекрати сверлить меня взглядом, если не хочешь прожечь дыру. Не уверена, что буду в восторге.

— Простите, я не хотела, просто… — Неловко указываю на неё рукой, пытаясь объяснить невысказанное.

— Первый раз видишь врача, который хоть что-то повидал, кроме этого города? Или я не вписываюсь в твоё представление о прекрасном? — криво ухмыляется женщина, и в этой её ухмылке читается большой жизненный опыт.

Я послушно подхожу к кушетке и сажусь. Женщина приближается ко мне. Сколько ей лет? Шестьдесят? Шестьдесят пять? Резким движением она прикладывает сканер к моему браслету, и я невольно вздрагиваю.

— Просто вношу тебя в систему. Не паникуй, я не кусаюсь. Пока, — шутит она.

Подставляю запястье для идентификации. Взгляд невольно задерживается на табличке с именем: Жаклин. Она замечает мой взгляд, и её голубые глаза обмораживают. Глядя в планшет, она читает мои данные.

— Итак, Астрид Вендель. Полных лет — двадцать. Родилась десятого ноября. Впервые собираешься выйти за Стену. Ну да, иначе бы тут не сидела…

Я молча киваю. Жаклин что-то быстро печатает на планшете. Затем хмурится, увидев что-то на экране.

— Хм, странно, — бормочет себе под нос, не отрывая взгляда от устройства.