Доктор в теле гнусной графини: и тебя вылечим... - Анна Кривенко Страница 51

Пульс слабый, дыхание прерывистое… Кожа бледная, на губах — следы синевы. И от него исходил странный запах — будто смесь лекарственных трав и чего-то химического.

Аллергическая реакция? — мелькнуло в голове.

— Варя! — крикнула я, поднимая голову.

Бледная и испуганная служанка уже стояла на пороге.

— Быстро! Тащи из моей комнаты сумку… ну, ту самую, которую ты называла странной. Живо! Чтоб через полминуты была здесь!

— Да, госпожа! — выкрикнула девушка и выскочила прочь.

Я судорожно провела рукой по лицу.

У меня должны быть антигистаминные препараты… может, даже активированный уголь найдётся.

— Боже, Семён, что же тебе так не везёт… — прошептала я, вглядываясь в его измождённое лицо. — Ведь если ты умрёшь… Боже, это будет ужасно!

Трудно для врача терять пациента.

Почему я не занялась им раньше? — корила себя. — Всё откладывала и откладывала…

А ведь жизнь человека важнее всего.

Я сжала его холодные пальцы своими.

— Только не умирай, прошу тебя. Держись!

Веки парня дрогнули, и он приоткрыл глаза…

Глава 22 Ревность? Или гордость?

Несколько мгновений Семён рассматривал меня из-под ресниц, после чего судорожно дёрнул рукой, высвобождая её из моей хватки.

— Ну-ну, не волнуйся, — я наклонилась над ним и постаралась изобразить полуулыбку. — Не бойся, я помогу тебе и не причиню вреда.

Но взгляд его был крайне настороженным, а лицо напряжённым; из-за дикой же бледности парень выглядел ожившим умертвием. Когда Варя принесла мою сумку, я начала рыться в ней. Нашла и активированный уголь, и таблетки от аллергии, и многое другое. Как хорошо, что у меня есть такое чудо — что моя сумка попала в этот мир!

Я взяла тёплую воду в глиняной кружке, которую тоже принесла Варя, и поднесла её к больному.

— Я помогу тебе, — тихо сказала я, — но ты должен выпить вот это.

И показала несколько таблеток руке.

Глаза парня расширились, он выглядел напуганным до ужаса. Попытался отрицательно мотнуть головой, но сил не хватило.

И я убедилась в том, что всё крайне сложно. Помня от Елены Николаевны только жестокость, он, наверное, думает, что я пытаюсь его отравить, и потому не верит. Что же делать?

— Смотри, — сказала я и взяла небольшую таблетку активированного угля, показала её ему и выпила вместе с глотком воды. — Это безопасно, видишь?

Парень уставился на меня в изумлении, а я осторожно наклонилась над ним вновь.

— Послушай, это лекарство, и оно поможет тебе. Ты должен выпить, прошу, постарайся!

Не дожидаясь ответа, я приподняла его голову и поднесла таблетки к рту. Он взял их с таким видом, словно прощался с жизнью. Я также подала ему кружку с водой. Семен сделал несколько глотков и тут же прикрыл глаза, будто смирившись с неизбежной кончиной. Я уложила его обратно и облегчённо выдохнула.

Однако во всём его облике сквозила одно — покорность до тошноты. Чувство вины жгло меня изнутри. И хотя я ни в чём не была виновата, связь с прежней хозяйкой тела сохранялась: она натворила много бед.

Ну да ладно, хватит ныть.

— Варенька, за ним нужен присмотр. Найди какую-нибудь служанку, любую, чтобы мне докладывали о каждом изменении в состоянии молодого человека. Его нужно покормить, — распорядилась я. — Поить этим отваром три раза в день. Ты всё поняла?

— Поняла, — кивнула Варя. — Я всё сделаю.