Лекарь с синими волосами. Проклятие принца-дракона - Таня Драго Страница 52

Повисла пауза. Релиан смотрел на меня так, словно подбирал слова.

Потом выдохнул и произнёс:

— Ты дала моему брату покой. Впервые за месяцы. Мать плакала от счастья.

Ещё пауза. Он сжал руки за спиной. Держал дистанцию.

— Спасибо.

— Я не вылечила его, — возразила я. — Только заглушила боль. Временно.

— Это больше, чем смогли все лекари королевства. — Голос твёрдый. Без сомнений. — Ты дала ему жизнь без боли. Это бесценно.

Он смотрел на меня так, словно видел больше, чем я хотела показать. И мне стало неуютно от этого взгляда. Слишком пристальный. Слишком внимательный.

Я отвернулась к окну.

— Значит, вы хотите, ваше высочество, чтобы я вас лечила?

— Да.

Короткий ответ. Без объяснений.

Я кивнула. Ожидаемо. Логично. Я помогла его брату. Он не отпустит меня, пока не найдёт способ вылечить Серый покров. Или пока болезнь не съест его.

Весёлая перспектива.

Релиан сделал шаг к выходу. Остановился.

— Отдыхай. Набирайся сил. — Он обернулся. Взгляд задержался на моём лице. — Завтра продолжим лечение.

Он вышел. Дверь закрылась тихо.

Я осталась одна. Села на диван у камина. Откинулась на спинку.

Продолжим. Учитывая, что все мое лечение состояло из того, что я гладила его по морде и бокам. Да… Что-то новое я узнаю о медицине, однозначно.

Через час в дверь постучали. Не робко, как Нилли, а уверенно и чётко — два раза, с паузой между ударами.

— Войдите, — отозвалась я, поднимаясь с дивана.

Дверь открылась, и на пороге возникла женщина, от одного вида которой хотелось выпрямить спину и проверить, застёгнуты ли все пуговицы.

Высокая, прямая, как стрела, с лицом, словно высеченным из мрамора. Волосы убраны в такой тугой пучок, что казалось — ещё чуть-чуть, и кожа на висках натянется до предела. Платье тёмно-синее, без единой оборки или кружева, но ткань стоила, наверное, как годовой бюджет небольшого госпиталя. Она окинула меня взглядом — медленным, оценивающим, будто сканировала каждую деталь моего облика и заносила в ментальную базу данных.

Потом кивнула.

— Леди Боревейр, — представилась она голосом, в котором не было ни тепла, ни холода. Просто констатация факта. — Принц попросил обучить вас манерам.

Внутри проснулось давно забытое чувство — то самое, которое испытывала на первом курсе медицинского, когда заведующая кафедрой анатомии смотрела на тебя так, будто видела насквозь все твои недоделанные конспекты и пропущенные лекции.

Леди Боревейр обошла меня кругом. Медленно. Я стояла, пытаясь не ёрзать и не поправлять платье, хотя руки так и чесались.

— Много работы, — произнесла она наконец, останавливаясь передо мной.

Спасибо, что не добавила «очень много».

Хотя по её лицу было понятно — она думала именно это.

— Осанка неправильная, — продолжила леди Боревейр, обходя меня справа. — Платье сидит плохо. Волосы не причёсаны. Руки держите неестественно, словно не знаете, куда их деть.

Я открыла рот, чтобы возразить, но она подняла руку — один короткий жест, и слова застряли в горле.

— Сейчас я буду с вами жёсткой, — сказала она, и в её голосе промелькнула какая-то неожиданная нота. — Но потом вам будет гораздо легче. Поверьте моему опыту.

Она шагнула ближе, и я увидела, что глаза у неё не холодные. Просто очень усталые. Видевшие слишком многое.

— Вы при дворе, госпожа Индара. Здесь судят по внешности, манерам, каждому вашему слову. Одна ошибка — и вас затопчут. Не специально, возможно. Просто потому, что здесь так заведено. — Она выдержала паузу, давая словам осесть. — Я не хочу, чтобы вас затоптали. Поэтому буду требовательной. И временами невыносимой.