Говорящие кости - Кен Лю Страница 522

— Так много людей погибнет сегодня, – пробормотал Асулу. – Напрасная трата жизней.

— А мне казалось, что ты восхищаешься императором, – заметил Эги. – Помнится, ты выказывал большую симпатию к мятежникам.

Асулу мысленно вернулся в ту жуткую ночь, когда в первый раз убил человека. От подобного воспоминания по коже у него побежали мурашки.

— Неправильно убивать такую кучу народа просто ради того, чтобы взойти на трон. Император, императрица, ты, я – мы все народ Дара. Мы не должны воевать друг против друга.

— Хотел бы я, чтобы большие господа услышали твои речи. Честное слово, очень хотел бы.

Гаринафин развернулся и устремился на их позицию.

— Пли! – вскричал командир. – Перезаряжай и целься!

И Эги с Асулу приступили к исполнению своих обязанностей.

С каждым взмахом крыльев Гинки, молодая самка гаринафина, спускалась ниже и ниже.

Дзен-Кара вглядывалась в строения дворца, становившиеся перед ее глазами все крупнее: гладкая черепица, изогнутые крыши; изваяния, отгоняющих злых духов, по краям. Она мчалась на могучем копье, нацеленном в самое сердце Дара.

Офлуро, летевший с ней в качестве наездника, повернулся в седле.

— Мы в подходящей позиции для атаки, – сказал он. – Какие будут приказания, высокочтимая госпожа Дзен-Кара?

Столь непривычное обращение ошеломило ее.

«Предполагается, что я теперь консорт императора Дара».

— Я… я не знаю.

Несведущая в делах войны, Дзен-Кара мало чем могла помочь в организации осады. Это Офлуро и Сока разработали план, согласно которому гаринафины одновременно зашли на Пан с разных сторон, чтобы запутать обороняющихся, позволив таким образом Гинки, самой проворной из боевых зверей, прорваться прямо к дворцу.

Офлуро вовсе не хотел подвергать Дзен-Кару риску, но та отказалась оставаться в стороне. Она чувствовала, что должна быть здесь, должна лично отомстить за Фиро.

— Решайте, госпожа! Если дать гарнизону достаточно времени, чтобы подтянуть к дворцу машины для уничтожения гаринафинов, нам не удастся… – Он не договорил.

Раздалось громкое «чвак», как если бы кто-то щелкнул громадным кнутом. Сияющая стрела взмыла с платформы в середине широкой площади перед дворцом и устремилась прямо к Гинки.

Офлуро дернул поводьями и сильно ударил Гинки пятками по плечам. Та взмахнула крыльями, принимая в сторону, а потом сложила их вдоль тела и камнем полетела вниз.

Болт просвистел в том самом месте, где Гинки находилась буквально долю секунды назад.

Дзен-Кара почувствовала, как все внутренности ее поднялись, грозя вырваться из горла, а небо и земля закружились, стремительно меняясь местами. Она порадовалась, что крепко привязана к этому бешено вращающемуся, словно катящаяся под гору бочка, зверю. Дзен-Каре однажды уже довелось пережить столь сумасшедший полет, правда тогда Гинки управлял ее возлюбленный.

Когда гаринафиниха вышла из маневра уклонения, Офлуро направил ее в петлю со снижением, и она обдала поворотную платформу с арбалетом языком пламени. Солдаты бросились врассыпную за миг до того, как огненное дыхание зверя подожгло массивное орудие.

Небо и земля вернулись на привычные места. Мир продолжал существовать по-прежнему, и даже гаринафин, на котором они летели, был тем же самым, что и в прошлый раз. Вот только Фиро не было, и эта пустота в душе Дзен-Кары никогда не заполнится.