Под драконьей луной - Робин Слоун Страница 53

— А вы… взялись бы?

— Ты правда возьмешься, Хьюз? Какая щедрость, – заметил Агриппа.

— Я бы так не сказала. Ты упустил свой шанс – за такую возможность надо было хвататься двумя руками. Это случай в подробностях изучить работу Мэлори.

Агриппа поднял брови.

Ариэлю Хьюз сказала:

— Не будем терять времени. Ты когда-нибудь бывал в чародейском салоне?

— Нет, – ответил Ариэль. – То есть думаю, что нет.

Он вспомнил башню Мэлори в замке Соваж и как она вспыхивала, когда волшебник работал. Вспомнил ночь, когда Кабал выл и выл.

Хьюз встала, обняла Агриппу (тот крепко стиснул ее всеми четырьмя руками) и сказала Ариэлю:

— Тогда иди за мной, если смеешь!

Чародейский салон

28 февраля 13778 года

Салон занимал первый этаж высокого здания, сложенного из желтых кирпичей. Рядом с дверью висело темное полотнище с большими вышитыми письменами. То были чародейские руны – такие же или похожие мальчик видел на каждом лице в городе.

Рядом буквами, которые Ариэль умел читать, было написано более пространно:

ВОЛШЕБНИЦА ХЬЮЗ

ПРЕВРАЩЕНИЯ

СЕРТИФИЦИРОВАНО ГИЛЬДИЕЙ

Ариэля по-прежнему изумляло, что в мире не один волшебник.

На пороге салона Хьюз обратилась к Ариэлю:

— Честно признаю: судя по тому, как ты сделан, мне до твоего волшебника далеко. Я не владею и десятой долей его искусства. Однако помочь тебе у меня умения хватит.

Дверь открывалась в теплую приемную, гнездышко мягкой мебели, уютное прибежище от уличной суеты. За небольшим столом девушка в тигровых полосках штопала юбку.

— Привет, Фессалия, – сказала Хьюз девушке. – У нас новый клиент.

Ариэль огляделся. Приемная так и звала расслабиться и помечтать. На столиках – папки на кольцах. «Мои альбомы флешей», называла их волшебница. Внутри образцы: бугристая кожа ящерицы, гладкая – дельфинья. Мех: курчавый, как у ягненка, прилизанный, как у тюленя. Ими альбомы начинались. Дальше шли образцы зеркально-блестящей кожи и матово-просвечивающей. От некоторых исходило призрачное сияние.

— Эти превращения очень эффектны, но в то же время поверхностны, – заметила Хьюз. – Тебе их не хватит. Мы осуществим более глубокие перемены.

Она сняла с полки коробку, где рядами стояли закупоренные пробирки, и сказала Ариэлю понюхать их одну за другой, а сама взяла какую-то вещь вроде дощечки, сияющую чародейскими письменами, и стала пальцем отмечать пустые квадратики. Потом на минуту прервалась и как-то странно посмотрела на Ариэля:

— Скажи мне… ты растешь? – И, как будто это требует разъяснений, добавила: – Твои руки и ноги становятся со временем длиннее? Твой рост увеличивается?

Для Ариэля это было все равно что вопрос, дышит ли он.

— Конечно, расту. Я… – Ему не хотелось говорить, что он дитя. – Я еще юн!

Хьюз покачала головой:

— Поразительно. Тело, способное расти… Я слышала, что такое возможно. Для меня это будет совершенно новая территория.

У мальчика было много вопросов. У Хьюз были ответы.

Нет, больно не будет. На время превращения Ариэль заснет. Это не обязательно. Он может наблюдать за работой волшебницы, если хочет. Для некоторых клиентов половина удовольствия – видеть себя в податливом переходном состоянии. Однако в данном случае Хьюз, оценивая мальчика, этого не рекомендует.

Нет, быстро превращение не произойдет. Процедура потребует вмешательства в значительную долю кожных клеток, а также некоторые железы. Затем Ариэль проспит несколько дней, и все это время его тело будет напряженно трудиться. Для того и нужен салон. Прямо сейчас тут спят два клиента, покуда их организмы довершают начатый волшебницей процесс.