Мачеха поневоле для драконьего бастарда - Алекс Скай Страница 53

— Не надо, — тихо сказала Арина.

Он обернулся.

— Она слышала.

— Не всё.

— Достаточно.

— Вот именно. Если побежите за ней сейчас, она сделает вид, что вы напали на родственницу у архива покойной Миры. А завтра половина совета будет обсуждать не письмо, а вашу ярость.

Кайрен смотрел на неё, и золото в его взгляде медленно уходило в тёмную глубину.

— Вы уже рассуждаете как человек, который прожил в этом доме годы.

— Нет. Я рассуждаю как человек, которому сегодня слишком много раз объясняли, что ребёнка можно спрятать за красивыми словами. Я начала понимать местный язык.

Он закрыл дверь.

Щелчок замка прозвучал слишком громко.

Арина положила письмо на стол и только теперь заметила, что пальцы у неё дрожат. Она не пыталась спрятать это. Сил не осталось. Весь день — оранжерея, совет, хозяйственные книги, слуги, ларец Миры, письмо, скрип броши — наслоился внутри так плотно, что хотелось сесть прямо на пол и сказать миру: «На сегодня хватит, продолжим после того, как я вспомню, как дышать».

Но миру было всё равно.

Кайрен взял письмо осторожнее, чем держал многие живые вещи.

— Завтра она ударит первой, — сказал он.

— Не завтра. Сегодня.

Он нахмурился.

Арина не успела объяснить. За дверью снова послышались шаги, но на этот раз уверенные, не скрывающиеся. Постучали.

— Милорд, — раздался голос Дарвена. — Совет просит леди Элиру пройти в малый зал. Без промедления.

Арина тихо рассмеялась.

Смех вышел коротким, некрасивым.

— Вот видите? Ударила.

Кайрен открыл дверь не сразу.

— Вы не обязаны идти одна.

— А меня зовут одну?

Дарвен стоял на пороге с лицом человека, который уже подготовил все формулировки и заранее простил себя за каждую.

— Совет желает говорить с леди Элирой лично. Вопрос касается её положения в доме Морвентов.

Кайрен шагнул вперёд.

— Её положение касается и меня.

— Безусловно, милорд. Но именно поэтому совет счёл необходимым сперва услышать свободную волю вашей супруги. Без вашего давления.

Арина едва не фыркнула. Свободная воля. В замке, где каждый камень помнил чью-то волю, продавленную чужим страхом.

— Я пойду, — сказала она.

Кайрен резко повернулся к ней.

— Нет.

— Сейчас не тот случай, когда ваше «нет» мне помогает.

— Они хотят отделить вас от меня.

— Значит, уже считают, что рядом с вами я опаснее для них. Это приятно.

— Леди Элира.

Она подошла ближе и сказала тише, чтобы Дарвен не слышал каждую складку смысла:

— Если я не пойду, они скажут, что вы держите меня силой. Если пойду — услышу, что именно они предлагают. Иногда полезно дать людям договорить до конца. Особенно когда они уверены, что покупают не того человека.

Кайрен молчал. В его лице снова боролись приказ, тревога и уважение к её упрямству. Последнее пока проигрывало привычке командовать, но уже не безнадёжно.

— Дверь останется открытой, — сказал он.

Дарвен поклонился.

— Совет предпочёл бы закрытый разговор.

— Совет переживёт разочарование.

Арина посмотрела на Кайрена. Он не смягчился, но и не попытался удержать её за руку, плечо, власть, титул. Просто отступил на полшага, открывая проход.

И почему-то это оказалось важнее любой красивой защиты.

Малый зал встретил её не бурей, а вежливостью.

И это было хуже.

За столом сидели Дарвен, Селеста, Оствер, двое старших Морвентов и Илана, которая выглядела так, будто очень не хотела здесь находиться, но не могла уйти. Рогана не было. Кайрен остался у двери снаружи, как и обещал, но Арина чувствовала его присутствие за спиной почти так же явно, как тепло от камина.