Друид. Исток Жизни - Виктор Молотов,Алексей Аржанов Страница 53

И я обратился к лесу. Отправил к почве немного своей магии.

Корни вынырнули из-под утоптанной земли и обвили обоих дерущихся за щиколотки. Кирсанов рванулся, замахнулся ещё раз, но корни держали его ноги крепко. Грач замер сразу, у этого хватило ума не бороться с деревьями.

— Хватит! – я отдал приказ, который не предполагал возражений.

Кирсанов меня не услышал. Или услышал, но ему было всё равно. Продолжал рваться из корней, орал что-то про предателя и шпиона, и глаза были бешеные. Я видел этого человека в бою с монстрами, и он ни разу не выглядел так. Этот Кирсанов был другим, как будто кто-то натянул его лицо на совершенно другого человека. И мне этот вывод совершенно не нравился.

Такие перемены за час не случаются. Здесь дело не в ссоре и не в накопившемся напряжении. Это что-то другое.

— Кирсанов! – подошёл ближе я. – Егор! Смотри на меня!

Он повернул голову, и я увидел его глаза. Зрачки расширены, белки красные. Кирсанов был в ярости, которая только продолжала разгораться.

— Он шпион, барин! – проорал Кирсанов. – Грач подослан! Он хочет нас всех убить! Я точно знаю!

— Откуда знаешь? – чётко спросил я.

— Знаю! Чувствую! Во мне всё горит от его присутствия! Уберите его, или я сам!..

Грач же стоял в корнях, вытирал кровь с губы рукавом и молчал. Но мне хотя бы стало понятно, с каких обвинений началась драка.

— Барин, – ответил Грач, причём старался говорить спокойно. – Я сидел на лавке, чистил сапоги. Егор подошёл, схватил меня за ворот и начал бить. Начал орать, что я предатель. Хотя я ему вообще ничего не говорил, ничего не делал. Можете спросить у остальных.

Я посмотрел на Данилу. Тот кивнул и подтвердил:

— Правда, Всеволод Сергеевич. Грач сидел тихо. Кирсанов просто взорвался. Как будто у него в голове что-то щёлкнуло.

Тимофей подтвердил тем же кивком.

Я подошёл к Кирсанову ближе. Он продолжал вырываться из корней, скрежетал зубами, пытался до кого-нибудь дотянуться руками. Положил руку ему на плечо.

И сразу же почувствовал чужеродную энергию с примесью гнили. Ту самую, которую я ощутил на плече Ярослава, когда бывший змей загипнотизировал музыкантов. Но здесь она была другой, гуще, что ли, и чувствовалась отчётливее. Как будто кто-то не просто прошептал мысль в ухо, а залез внутрь черепа и сел за рычаги управления.

Это снова проделки Тенелиста, сомнений быть не может.

Только в этот раз он не ограничился внушением. Ярослав, существо с древней магией в крови, был для Тенелиста крепким орешком. Всё, что тот сумел, это подбросить ему ложную мысль, и даже та продержалась недолго. Ярослав сопротивлялся, пусть и бессознательно.

А Егор Кирсанов – обычный человек. Для Тенелиста он оказался как незапертая дверь. Заходи, бери и управляй. Что он и сделал.

Внутри меня уже поднялась злость, от которой сжались кулаки. Тенелист взял моего человека и превратил его в оружие против моих же людей. Это было личным оскорблением, которое я не собирался прощать.

Но сперва нужно было успокоить Кирсанова. В таком состоянии снимать контроль бесполезно, его сознание слишком разогнано, как мотор на максимальных оборотах. Сначала необходимо сбросить обороты, а потом уже лезть внутрь.

— Степан! – крикнул я, не оборачиваясь. – Неси успокаивающий отвар Лизы из кладовой! Быстро! Там склянка подписана, не перепутаешь!