Первая кровь - Андрей Абрамов Страница 54

— Я прикажу отвести тебя в покои. Себастьян! Где ты там! Быстрее!

Сквозь закрытые двери послышалось шарканье – дворецкий спешил на зов короля, не жалея туфель. Створки с шумом распахнулись и ударили в стену. В библиотеке с полки упала книга.

— Я не нуждаюсь в сопровождающем. Я не собака, чтобы меня вести за поводок! – девушка яростно сверкнула глазами. Дворецкий замер, решив не нарываться. Король долго сверлил взглядом дочь, потом отвернулся к окну и спокойным голосом произнёс:

— Ты ведёшь себя отвратительно. Мне стыдно за тебя. Возвращайся в свою комнату. До конца месяца ты лишена всякого общения, в том числе и с мастером шпаг. Прочь!

Матильда какое-то время стояла. Реакция отца ввела её в ступор. На ресницах проступили слёзы. Так и не дождавшись, когда отец обернётся, девушка сорвалась с места и помчалась по мраморному залу.

Когда звуки шагов стихли, Экберт обернулся и пристально посмотрел на каждого. Налил. Выпил. Раскурил почти потухшую сигару.

— Прошу прощения господа. В моей семье тоже бывают проблемы. Как вы поняли, что наверху кто-то есть, епископ?

Брюмо не успел открыть рот. Король ответил за него.

— Знаю, знаю. Можете не отвечать. Спасибо. Вы только что наглядно продемонстрировали свои возможности. Инспектор Жерар, введите пожалуйста нашего нового коллегу и друга в курс дела. Расскажите о шлюхе-убийце, противниках пара, Собирателе, странных телах в затопленных катакомбах под городом и так далее. Мне нужно время, чтобы прийти в себя.

Аудиенция закончилась через пять часов. Прежде чем приступить к работе, епископ принял решение навестить старого знакомого на юго-западе королевства. Обговорив с Экбертом детали, Брюмо взял неделю, чтобы подготовиться к новой для него работе.

Епископ стоял в дверях, когда король окликнул его. Брюмо обернулся. Захмелевший Экберт поднял бокал вверх и торжественно произнёс:

— Добро пожаловать в Министерство Тайных дел, епископ!

* * *

Матильда понуро брела по узкому мостику, соединяющего между собой два дворцовских крыла. Да, она виновата перед отцом, но ведь ей тоже приелось сидеть взаперти! Жизнь проходит где-то рядом, а она прозябает в четырёх стенах.

Опасаясь потерять единственную дочь, король полностью оградил её от внешнего мира, лишив радостей жизни. Но почему он так жестоко поступил с ней?

Возле каменного портала, за которым начинались жилые помещения королевской семьи, на коленях стоял монах. Он пытался собрать в корзину раскатившиеся тыковки. Матильда прошла бы мимо, но увидела на его спине горб, плохо скрываемый складками рясы. Старик орудовал правой рукой, левая кисть, торчащая из рукава, была неестественно изогнутой и походила на сухую корявую ветку.

«Наверно он нёс на кухню овощи и споткнулся» – девушка посмотрела на деревянную калитку, расположенную у дворцовой стены. За ней спуск в небольшой огород – там выращивались свежие овощи и фрукты для королевской семьи.

— Позвольте, я помогу Вам, – Матильда припала на колено и принялась собирать овощи. – Вы несёте это на кухню? Я Матильда, а как Ваше имя?

Стоящий полубоком старик повернулся. Выцветший капюшон почти полностью скрывал его лицо. Видны были лишь потрескавшиеся уста. Матильда вздрогнула – вид заячьей губы испугал её.

— Вашим прелестным ушам не должно слышать моё имя, принцесса. Позвольте, – монах протянул руку-ветку и коснулся оголённого плеча девушки. От лёгкого прикосновения у Матильды закружилась голова. Запахло луговыми цветами. Васильки. Ромашки. Ноги принцессы подкосились, и она в беспамятстве осела на мостовую.