Чужак: Ученик. Охотник. Барон - Игорь Дравин Страница 540

Понятно. Смертники. Налет против Рысей? Ну-ну. Счастливого плавания. Пятый, ты еще кое-чего не знаешь. Никто не знает, кроме меня и Валита. Валит, глава столь спешно восстанавливаемой тайной стражи, мне должен. Он это знает, и я это знаю. У охотников нет чести в привычном понимании этого слова. Они могут бить в спину. Они могут со слезами на глазах и мукой в душе оставлять своих друзей и любимых в погани. Нет смысла погибать десятерым, когда только шестеро обречены на смерть. Матвей, твои слова я понял печенкой. Они могут убивать спящих женщин. Могут. Я в этом убедился лично. Но есть одно, что охотники выполняют всегда. Охотник сказал – охотник сделал. Охотник должен жизнь – умри, но расплатись. Таких правил немного, но они есть. Это самый совершенный кодекс чести. Чести воина, постоянно находящегося на грани смерти. Чести воина, который привычен к бою с созданиями Проклятого. Кодекс воина. Честь воина. Не больше и не меньше. Любой отряд, любые убийцы, направляющиеся в мой замок, будут перехвачены Валитом. Он это сделает или умрет. Так велит правило долга жизни охотника. А бывших охотников не бывает.

— Куда ты направишься? – тихо спросил проф.

— В дальнее пограничье, – был ответ. – Я заберусь в самый уголок и буду ждать атаки. Мне больше ничего не остается, – горько усмехнулся я. – Но обещаю, я даю слово охотника, что если выживу, то вернусь.

— Ты так мало знаешь, – произнес проф совершенно упавшим голосом.

— У тебя есть неделя, – ухмыльнулся я.

Эпилог

— Отец Карит, – начал я, – я бы хотел поговорить с вами о силе Создателя, которой вы владеете. Хотелось бы узнать о ней побольше.

— Барон, эти знания мирянам не нужны, – улыбнулся юный падре.

— Мне нужны. – Я вернул ему улыбку. – Меня интересуют принципы работы с силой, которую вы используете. Объяснить все, что могут делать некоторые клирики силой Создателя, Его милостью и Его благословением, невозможно. Мне нужны только принципы, а не подробности. Я думаю, что ничего опасного в этом не будет. Самый большой секрет матери-церкви я знаю и так. Кстати, я не думаю, что являюсь единственным мирянином, который это знает.

Так, а юный падре по мере моего монолога стал вставать в стойку.

Проф, ты был прав. Все-таки это магия духа или что-то вроде магии. И я был прав: бить в лоб – это лучший способ убедиться в своих подозрениях. Проф, можешь не подслушивать, я сам тебе все потом расскажу. Стоп, Карит насторожился слишком сильно. Проф, я тебя отключаю. Лед окутал мое тело.

— Отец Карит, не надо, – покачал я головой, – вы не сможете меня убить магией духа, или как вы ее называете.

— Ты в этом уверен? – зло сказал юный падре.

— Да. – Я посмотрел ему в глаза. – Я в этом уверен. Я также уверен, что не являюсь слугой Проклятого. Я также уверен, что не воспользуюсь этими знаниями во зло. Кстати, мы перешли на «ты». Ты это заметил?

— Заметил. – Карит вернул себе прежнюю невозмутимость. – Ты не понимаешь того, чего хочешь. Мирянам нельзя знать вообще такие вещи. То, что ты мне сейчас сказал, уже приведет тебя на костер, когда об этом узнают клирики Декары. Когда я им сообщу об этом.

Эх, совсем ты еще пацан. Кто ж тебя выпустит отсюда с таким настроением? Венир, Шедар и Четвертый уже на позиции. Это если я совершенно случайно сойду с ума и отпущу тебя. Хрен ты куда уйдешь! Вот станем мы друзьями абсолютно по доброй воле, любви и согласию – тогда да. Да ты сам не захочешь уходить из моего замка. Ты мне еще и платить деньги будешь, чтобы остаться здесь. А то начал тут разговоры о церковной десятине с нищим мной!