Имперский вор. Том 5 - Дмитрий Ра Страница 55

— Поставь ледяные лезвия на стенах! – продолжаю командовать, надеясь, что Червь поймёт, что я имею в виду. – Длина – на сколько хватит твоего дара. Выступ… – Прикидываю диаметр тоннеля. – Выступ – на тридцать сантиметров, чтобы он точно проехался по ним бочиной. Высота – полтора метра. На обеих стенах!

Если поставить лезвия в нужном месте, на такой скорости, как сейчас, Пакман просто распорет себе о них бока. Особенно если Червь не промахнётся с высотой. Рот твари находится как раз в полутора метрах над полом. Если повезёт и всё сработает как надо, то мы превратим эту тварь из Пакмана в Джокера. Разорвём ей пасть и вообще вывернем наизнанку.

Червь срабатывает правильно: бока тоннеля вдруг обрастают двумя рядами острых ледяных наростов.

«Не касайся стен», – предупреждаю Крайта.

Когда Пакман на скорости врезается боками в ледяные лезвия, тоннель оглашает даже не крик, а скрипучее верещание. Ледяные лезвия на стенах покрываются чёрной в темноте кровью. Но его продолжает на скорости тащить по льду вперёд, все сильнее разрывая тушу.

Замедлить скорость на устроенном Червём катке почти невозможно, но тварь снова меня удивляет. Пытаясь остановиться и перестать раниться о ледяные клинки, она внезапно ощетинивается чёрными шипами.

— Размечтался! – Я выпускаю тьму и вбиваю чёрный таран из щупалец прямо в щетинистый зад Пакмана. Благо тьма не чувствует боли, и его шипы ей до одного места.

Удар получается такой силы, что мы, словно пробка из бутылки, вылетаем наконец в огромный зал. Тоннель заканчивается. А вместе с ним, видимо, заканчиваются и силы Червя. На полу примерно по щиколотку воды – это один из затопленных залов. Червь падает лицом прямо в воду, но я успеваю приказать Крайту:

— Оттащи подальше!

А сам с Шанком в руке несусь на Пакмана.

Ледяные лезвия и правда распороли его рот и бока. Потому то, что он до этого сожрал, то и дело с плямканьем вываливается оттуда в воду. Но рассматривать монстра я буду после того, как грохну. Тем более что тварь уже развернулась ко мне и явно хочет реванша.

Ну, пока Червь без сознания, я могу сражаться как хочу. Поэтому я вытягиваю руку с зажатым в ней Шанком и делаю резкий взмах.

Это движение мы с ним отрабатывали много раз. Теперь хватает пары секунд, чтобы рука бога превратилась в оружие – посох Шанкар-ал-Тар. И этот посох я со всей дури вгоняю Пакману в глотку. Навершие втыкается ему в нёбо, а заострённый низ – туда, где должен находиться язык.

— Не подавись, – советую.

И, пока тварь пытается сомкнуть челюсти, залетаю ей за спину. Лучше всего было бы кинуть ей в брюхо гранату. Но чего нет – того нет. Придётся выкручиваться своими силами.

Поняв, что дело пахнет не розами, Пакман пытается сбежать. Шипы вновь втягиваются в его тело, чтобы было удобнее скользить в тоннелях.

— Так я тебя и отпустил! – Накидываю на него свою сеть и обездвиживаю, прикрепляя её к полу.

Потом обхожу тварь кругом, соображая, как же прикончить этого колобка-переростка. Похоже, у него нет ни сердца, ни мозгов. А порубить его в лапшу мне просто нечем. Тут даже когти химеринга бесполезны. Что уж говорить о моих когтях тьмы.

А что, если…

— Можешь поработать домкратом? – говорю Шанку.

Понятно, что рука бога вряд ли разбирается в автомеханике. Поэтому я передаю Крайту картинку и прошу его поделиться моей идеей с «младшим».