Трофей Черного колдуна - Любовь Песцова Страница 56

Я закатила глаза.

— Мое не отдам. Свое найди.

— Ну что ты, я бы не подумал тебя обирать, Лиса. Тем более это для здоровья вредно. Придет страшный дядя колдун и по голове настучит.

— Скажи мне честно, Эмиль, тебя в детстве часто роняли?

— Я думаю да, но дядя не признается. Можешь спросить у него сама.

— Воздержусь, — решила я.

Наша мила беседа прервалась по вполне уважительной причине. Зашла Берта.

Как же она была красива! В Заубвальте она одевалась в самые простые платья, какие носят крестьяне, а из прически была лишь вечная коса. И даже там невозможно было не заметить ее врожденную красоту.

А сейчас, в придворном платье ничуть не хуже моего, с высокой прической и минимальным, очень деликатным макияжем Берта была похожа на мираж. Стройная, с нежной белоснежной кожей, темными локонами, которые выбивались из прически и подчеркивали изящную линию шеи.

Она была похожа на принцессу из сказки. Или на фарфоровую статуэтку. Но точно не на реального человека.

— Берта, душа моя, я тебе уже говорил, что ты прекрасна?

— Ты много что говорил, — буркнула она.

Но уже через пару секунд опомнилась и присела в реверансе перед Эмилем, как перед членом королевской семьи.

Молодец. Я этого не сделала, хотя должна была.

И глядя на то, как легко Берта носит придворное платье, как непринужденно кланяется, как поигрывает веер в ее пальцах, я понимала, что она действительно могла отлично вписаться в общество аристократов, не вызвав подозрений.

Эта девушка смотрелась органично и в простом платье в лесу, и в мужском пропыленном костюме, и в королевском дворце. Идеальный лазутчик.

— Избавь меня от этого. Кланяться будешь моему дяде. Даже брату не советую. Много чести.

— Как прикажете, ваше высочество, — ответила Берта, слегка склонив голову.

Почему-то этот ответ не понравился Эмилю. Но он на время замолчал, поскольку принесли закуски и чай. А начинать этот разговор в присутствии слуг Эмиль, видимо, посчитал лишним.

— Почему ты никогда не говорил кто ты? — Спросила я, как только мы снова остались втроем.

— А смысл? В Заубвальте не существует титулов. Там оставался только я и моя харизма, перед которой никто не может устоять.

Мне очень захотелось поморщиться, но я сдержалась из уважения к монаршей особе. Берта тоже. Хотя раньше не преминула бы высказать ему все, что думает.

— Боги, какими вы стали скучными. Вот поэтому тоже не говорил. Ладно, Лиса, она по жизни примороженная. Но ты, душа моя, как ты могла?

— Что-то не так? — Поинтересовалась она спокойным светским тоном.

Эмиль на секунду прикрыл глаза. И стал непривычно серьезным.

— Да. Лучше снова ругайся и обзывай меня идиотом. Пожалуйста… Только не эта безжизненная вежливость.

Стало неуютно. Словно я подглядываю в замочную скважину.

— Вы член королевской семьи, я просто выказываю свое уважение, — склонила голову Берта в изящном жесте.

— Знаешь, это оказывается больно. Осознавать, что тебе и правда было плевать на меня все это время настолько, что сейчас ты ведешь себя так.

Это стало последней каплей. Я поднялась и пошла к выходу, стараясь не делать резких движений и не шуметь. Могла бы не стараться. Кажется, эти двое вообще забыли, что я тоже находилась в этой комнате.

— Как прикажете мне себя вести?

— Прикажу? Берта, ты последний человек, которому мне бы хотелось отдавать приказы. Но, кажется, ты этого никогда не поймешь и не примешь.