Спящие боги - Ульяна Черкасова Страница 56

— Что будешь делать дальше? – спросил Клевер.

Она вскинула на него удивлённый взгляд.

— В смысле? Мы… – она растерянно заморгала. – Мы же должны спасти Финна и убить Великого Вепря, достать это… как его…

— Копьё сидхе, – напомнил Клевер. – Но это моя задача. Ты всего лишь…

— Девчонка, – вставил гнусаво Гитун.

Возмущение на лице Мелюзины быстро сменилось сначала страхом и тут же печалью.

— Но я… я должна что-то сделать. Как-то помочь.

— Возвращайся лучше домой, – посоветовал Клевер.

Без помощи учителя справиться с задачей казалось невозможным, но вместе с Мелюзиной, этой шумной, суматошной девицей, стало бы только хуже.

— Мне некуда возвращаться…

— То есть?

Золотые рожки засверкали, когда девушка замотала головой.

— Вот так. Я не могу вернуться домой.

— А как же твоя бабушка?

Клевер подбросил старое полено в огонь. Ему посчастливилось найти молоденький, повалившийся вяз, который получилось быстро порубить на дрова. Дерево было сухим, горело хорошо, и дров должно было хватить ещё на время, пока не лягут спать.

— Я не вернусь домой.

— Почему?

— Не спрашивай, ладно? Я же не спрашиваю, почему ты выглядишь так…

Клевер тихо усмехнулся, разводя руками.

— Как? У меня нет ни рогов, ни хвоста, обычный человек…

— Вот именно, – надувшись, она отпила прямо из бутылки. – Ни рогов, ни хвоста. Ты чистой крови. Я таких, как вы, сразу вижу. Моя бабушка чистокровная. В отличие от меня… Мама вышла замуж за беса рогатого, и вот я, – она покрутила ладонью у головы, – родилась такая. А могла стать гвибодис своего клана, представляешь? Моя бабушка гвибодис, и мама тоже стала бы, если бы не влюбилась в моего дуралея-папашу. Я родилась уже в городе, а знаешь, каково расти в квартале нелюдей? Угх! Особенно, когда ты рогатый. Все дразнятся, обзывают… Вот тебя когда-нибудь ребята называли Рогатым или Кернунном?

Гитун взорвался безумным смехом.

— Чё, Клевер, тебя обзывали Рогатым? А? Аха-ха!

Губы пересохли, и рука сама собой потянулась к бутылке, но он одёрнул себя. Нельзя теперь терять разум, поддавшись слабости. Неизвестно, что тогда случится.

— Нет, – хрипло ответил Клевер. – И вообще, я вырос далеко от городов, в поместье бабушки на Южном мысе.

— В поместье, – восторженно ахнула Мелюзина.

Она сползла вниз, прижала к себе бутылку и посмотрела на Клевера снизу вверх со смесью восхищения и грусти.

— А у нас была всего одна комната под самой крышей. Отец пил и бил меня. Маму иногда тоже, но чаще всё же меня. Не понимаю, почему мама от него не сбежала. Я вот сбежала, как только стала чуточку самостоятельней. Бабушка меня приняла, разрешила жить у неё и стала учить всяким делам, которые должна знать гвибодис…

— Ставить силки на зайцев? – хихикнул Гитун.

— И это тоже, – всхлипнула Мелюзина и снова сделала глоток из бутылки. – Я так скучаю по бабушке. Она единственная меня любит.

Она успела слегка опьянеть и не заметила неприкрытой издёвки в голосе дяди. Напротив, расплылась в плаксивой улыбке.

— В общем, хорошо быть чистокровным, – подытожила она печально.

— Да с чего ты решила, что я чистокровный? На острове много полукровок. И ещё немало людей. Может, я брюфоморец?

— Брюфоморец не пытался бы связать себя клятвой с сидхе, – стараясь на него не смотреть, сказала Мелюзина. – Да и Госпожа Рассветной Зари не стала бы так цепляться за брюфоморца. А ещё я знаю, кто такие Дейве. Это же твоё настоящее имя?