Под драконьей луной - Робин Слоун Страница 57

От Карадока, к слову, всегда пахло лимоном.

Ариэль переехал в здание «У Майка», где на втором этаже нашлась свободная комната. Каждое утро мальчик медитировал. ЖОЗМ. Затем шел в баню, а после бродил по улицам, оттягивая ответ на мучивший его вопрос. Вопрос, которого я не слышал, потому что был в Айгенграу.

Что будет дальше?

Дикая охота

15 марта 13778 года

Я жадно поглощал воспоминания этих месяцев, спрессованные в мозгу Ариэля. Я узнал, что за пределами Соважа есть люди и они живут странной, переменчивой жизнью в городах вроде Крома Вариа. Некоторые из них – волшебники – помнят антов.

Я жадно поглощал новые сведения, а их было куда больше, чем я мог переварить.

Ариэль вбежал в салон волшебницы Хьюз, крича:

— Получилось! Голос говорит! Голос думает, ему столько всего не переварить!

Фессалия (она беседовала с клиенткой) подняла взгляд:

— Потише, юный сэр! Беатрис еще новичок в своем теле. Она – та сурчиха, о которой мы тебе говорили. Беатрис, это Ариэль де ла Соваж. У него сильный новый запах.

— Здравствуй, – тихо проговорила Беатрис.

— Здравствуй, – еще тише ответил Ариэль.

Перед ним была взрослая женщина, хотя на ее коже – мягкой, чистой, абсолютно безупречной – еще играл румянец творения. Сурчиха заявилась в салон, попросила человеческое тело и получила его. Для меня это было слишком. Мгновение – но лишь мгновение – я подумывал вновь спрятаться в Айгенграу.

— Волшебница у себя в кабинете, – сказала Фессалия. – Иди, не стесняйся. Она там ничем по-настоящему не занята.

Хьюз отложила работу и села рядом с мальчиком.

— Поразительно, – сказала она. – Между волшебниками ходят истории о древних людях, которые носили в себе хронистов. Антских советников. Мы часто гадали, не отыщутся ли глубоко в нас следы этих механизмов. Я знаю волшебников, которые бесконечно в себе копались, однако никто ничего не находил… до сего дня!

Она лучилась от радости.

— Я разыскал голос в… городе! – воскликнул Ариэль. – Совсем не похожем на Кром Вариа. Там замечательно. Интересно, где этот город.

Айгенграу – утопия, то есть «место, которого нет». Мои объекты ходили по многим городам, и я слепил Айгенграу из тех районов, что нравились мне больше всего. Амстердам-Норд и Накамегуро, Шёнеберг и Роттен-Сити – когда-то счастливейшие пристанища антов.

А теперь их больше нет. Наверняка нет. Или все же?.. И внезапно мне страстно захотелось узнать: существует ли сейчас Накамегуро?

— Что случилось с антами? – спросил Ариэль вслух.

— Это ты спрашиваешь? – поинтересовалась волшебница. – Или хронист?

— Мы оба, наверное, – сказал Ариэль.

— Я так и предположила.

Она заглянула мальчику в глаза, как будто сквозь него. У меня отчетливо всплыло воспоминание: Волант Ли, гордость вещательной сети «Пятьдесят вторая улица», учит, как смотреть в камеру. Если сфокусироваться на объективе, глаза у вас будут остекленелые, бессмысленные, но если смотреть сквозь объектив куда-то вдаль, вы сумеете зацепить зрителя.

Взгляд волшебницы Хьюз зацепил меня.

— Ответ на ваш вопрос ты видишь повсюду, – сказала она. – Анты исчезли давно, много тысяч лет назад, и все их города вместе с ними. Но вокруг тебя мир, который они создали. Рассказать, как это произошло?

ДА, взревел я каждой своей клеточкой, каждой нитью, каждым воспоминанием, каждым вопросом.