В черной краске становишься черным. Том 1 - Юй Сы Страница 57

Этот спокойный, холодный взгляд показался Се Юньци таким высокомерным, будто он стоял у подножия Тайшань и смотрел на вершину великой горы: незыблемой, вечной и нерушимой. Он вдруг осознал, что черепаший даос его чуточку – самую малость – выше ростом. И у Се Юньци аж кулаки зачесались сокрушить эту гору, разобрать по камням и сжечь дотла. Молчание затягивалось, и атмосфера становилась все страннее и гуще. В конце концов молодой человек вытянул шею и сладко улыбнулся.

— Даочжану виднее, – он перевел взгляд на девушку, – нам с сестрицей Вэньвэнь остается лишь поверить вам на слово, ведь мы пока не достигли никаких высот, правда?

Гу Вэньвэнь хихикнула и закивала.

— Боюсь, я никогда не смогу возвыситься так, как Учитель: эта ученица слишком глупа! – откровенно заявила она. – Учитель столько бьется со мной, а все будто, полируя кирпич, хочет получить зеркало[90].

Ее легкомысленные слова развеяли мрачную атмосферу, и все расслабились.

К полудню даже Гу Вэньвэнь устала болтать и еле волочила ноги, а вот Се Юньци все больше недоумевал, почему же они по-прежнему тащатся пешком. Разве заклинатели не любят летать на мечах? За прошедшее время они бы уже трижды облетели вокруг Сянъяна и вернулись. Но ни ученица, ни даос об этом не заговаривали, а Се Юньци терпел и терпел, пока его бессовестная натура не взяла верх.

— Уважаемый даочжан, а почему мы, в конце концов, идем пешком? – спросил он.

Мо Хэ оторвался от созерцания облака в небе и посмотрел на молодого человека:

— У вас есть предложение получше?

Се Юньци стиснул зубы, потому что предложений у него было достаточно, только все нецензурного характера.

— Почему бы не полететь на мечах? – спросил он.

— О, если господин Се хочет подвезти нас, мы не откажемся, – Мо Хэ приподнял брови. – В противном случае нам ничего другого не остается.

Подвезти?! Се Юньци от возмущения потерял дар речи. Этот даос скупой не только на серебро, но еще и на истинную ци! Неудивительно, что он сильнейший заклинатель в мире, – он просто все время ее копит и не тратит ни цзиня[91]!

— А почему вы не… вы же даочжан Сюаньи… – наконец выдавил он, с трудом складывая слова.

— И? – брови Мо Хэ взлетели еще выше. – Прогулки полезны для здоровья и тренируют выносливость.

— Выносливость? – переспросил Се Юньци осипшим голосом. – Полезны… верно…

Некоторое время он пытался придумать какой-то аргумент, но, честно говоря, Мо Хэ был совершенно не обязан отвозить их в Сянъян. Это, конечно, возмущало Се Юньци, но не мог же он заставить его вытащить меч? Гу Вэньвэнь, к примеру, совершенно не отреагировала на их разговор, словно и не надеялась на подобное. Она лишь горестно вздохнула.

Никогда не знавший сочувствия Се Юньци вдруг почувствовал в ней родственную душу. Этот Учитель просто чудовищен!

По его расчетам, такими темпами они добрались бы до Сянъяна не раньше следующего дня, но даоса это, похоже, не волновало. Он, видимо, и ночевать собирался под открытым небом. Одну ночь Се Юньци уже проспал в отвратительном и сыром храме, повторения он не хочет! Либо этот достопочтенный убьет даоса прямо здесь на императорском тракте (сомнительно), либо ему придется ночевать в лесу. На земле. Спать, как дикому зверю, на лесной подстилке. Пока Сяо Шэ и Ин Тао будут наслаждаться кроватями на постоялом дворе! Чтобы он, благородный господин, да спал в лесу?