Эйлирия. Мужья Богини - Тина Солнечная Страница 58

Я передёрнула плечами.

— Но как же ты оказался у неё, если он её ненавидит?

— Я не говорил, что он её ненавидит, — мягко поправил меня Илион. — Он испытывает к ней слишком много противоречивых чувств.

— Тогда почему он позволил тебе уйти?

— Позволил? — Илион хмыкнул. — Он проиграл меня на одной из игр. Эйлирия выбрала именно меня специально — мужа из его мира. Это был её способ ткнуть его носом в то, что даже у его собственного создания больше шансов разделить с ней постель, чем у него самого.

— Вот стерва, — вырвалось у меня, и Илион рассмеялся.

Илион хмыкнул.

— Она умела жалить.

Я вздохнула, осознавая, насколько запутаны эти божественные игры.

— Но я так и не поняла, на что он дал мне время?

Оба мужчины переглянулись.

— На последней игре Эйлирия проиграла, — ответил Маркус. — Как я понял, она задолжала Астерону… ночь или что-то в этом роде. Нам она не рассказывала, но вернулась очень злая.

Я нахмурилась.

— Не похоже, что она никогда не спала с ним…

— Почему ты так думаешь? — спросил Маркус.

Я закусила губу.

— Он сказал, что раньше она стонала его имя.

Илион резко поднял голову.

— Но сколько это длилось и что именно между ними было — неизвестно.

— Теперь стоит быть осторожнее, — добавил Маркус. — Астерон не сдаётся. И он явно не собирается отпускать тебя, Лира.

Я на мгновение замолчала, обдумывая всё, что услышала, но затем резко сменила тему:

— Аэлрион.

Маркус и Илион посмотрели на меня, ожидая продолжения.

— Вы говорили, что ему должно быть плохо без меня, но он даже не подходит. Не ищет контакта. Может… — я перевела взгляд на Илиона. — Может, у него просто нет такой потребности?

— Нет, — покачал головой дроу. — Он такой же, как и мы. И я помню, как он не раз был на грани, когда Эйлирия наказывала его.

Я нахмурилась.

— Тогда я не понимаю, почему он так отстранился.

— Может, дело в том, что он чувствует, что ты и сама-то не горишь желанием сближаться? — предположил Маркус.

Я хотела возразить, но он продолжил:

— Очевидно, что к некоторым из нас тебя… тянет сильнее, чем к другим.

Я сжала губы, осознавая, что он прав.

— В целом, — добавил он, — это вполне объяснимо и нормально.

Но почему-то внутри всё равно поселился тягучий неприятный осадок.

— Если это так нормально, то что мне делать? — спросила я, переводя взгляд с Маркуса на Илиона.

Они оба выглядели расслабленными, почти самодовольными. Конечно, они знали, что я тянусь к ним, что рядом с ними мне легко и естественно. Они манили, привлекали. Их хотелось касаться, хотелось чувствовать на себе их жадные взгляды и тёплые поцелуи.

В голове тут же вспыхнули образы — губы Маркуса, мягкие, горячие, дарящие ласку и покой. Илион — более требовательный, страстный, доводящий до дрожи своим прикосновением.

Я резко прогнала эти мысли.

Они оба улыбнулись.

Проклятье. Они чувствовали это.

Я сглотнула и заставила себя сменить направление размышлений.

Аэлрион.

С ним было всё иначе.

Вместо желания быть ближе, ощущать его тепло, мне хотелось его избегать. Словно между нами пролегла непреодолимая стена, и я не знала, как её разрушить. Или вообще стоило ли пытаться.

— Чего ты хочешь на самом деле? — спросил Маркус, его ярко-оранжевые глаза внимательно изучали меня.

Я нахмурилась, не сразу понимая вопрос.

— От Аэлриона, — пояснил он.